Книга Одолень-трава, отведи беду, страница 15 – Елена Алексеевна Кузнецова

— Вета, отходи туда, – скомандовал он, показывая на одиноко стоящее в центре поляны дерево.

Вета не стала надевать короб, а потащила его за собой. Пётр взял в руки арбалет и наложил стрелу. Со стороны бора раздался треск, как будто какое-то большое животное мчалось в их сторону. Вета вскрикнула, когда из-под деревьев вылетел стремительный силуэт, но тут же невольно хохотнула от облегчения, узнав Приблуду. Пёс подбежал к хозяину, пристроился возле его ног и тихо зарычал в сторону леса.

— Поспеши, Вета. Бросай короб и беги к дереву!

Мрак под соснами загустел и засветился зеленоватыми огоньками. Вета с ужасом поняла, что твари уже рядом. Она попыталась дотянуться до нижней ветви, но поняла, что ничего не выходит. Не успела ничего придумать, как сильные мужские руки обхватили талию и почти подкинули вверх. Пока она устраивалась на ветке, тесно прижимаясь к стволу, твари, похожие на огромных худых волков, уже вышли на поляну.

Пётр выстрелил несколько раз, и колюка-трава вместе с мастерством лучника донесла стрелы точно в цель. Несколько тварей сгустками мрака упали на припорошённую снегом землю. Остальные на время замерли, не сводя сияющих потусторонним светом глаз с людей. Волки подняли морды вверх и вновь завыли. Теперь, вблизи, эти заунывные звуки наводили ещё больший ужас, леденили кровь, лишали сил и надежды.

Вета не поверила своим ушам, когда услышала:

— Вета, выйдешь за меня замуж?

— Ты что? Нашёл время!

— Наоборот, самое время. Потом может быть поздно. Ответь, любушка!

Ещё несколько стрел нашли цель. Неожиданные слова Петра развеяли потусторонний ужас, наведённый воем тварей, зажгли в крови Веты живительный огонь.

— Выйду! Если ты потом не испугаешься.

— После такой ночи, любушка, я уже ничего не испугаюсь, – в голосе мужчины чувствовалась улыбка.

Твари, словно поняв, что промедление только прореживает их ряды, молча бросились к центру поляны, где находилась их добыча. Пётр уронил арбалет на землю и обнажил меч, готовясь принять вырвавшихся вперёд на его лезвие.

Вета вспомнила, что и она не беспомощна, и пока внизу разгоралась схватка принялась доставать из сумы на поясе заготовленные заранее припасы. Торопливо проговаривая заклинание, она проколола булавкой палец и прижала его к извлечённому из сумки шарику. Допевая последние слова заклинания с силой бросила шар в гущу тварей. Крикнула:

— Зажмурься! – и сама закрыла глаза.

Даже сквозь прикрытые веки вспышка солнечного света на миг ослепила, а когда Вета открыла глаза, то вначале ничего не увидела. Лишь вновь привыкнув к серебристому свету луны, ведунья с облегчением убедилась – сила потрачена не зря. Вместо мерзких тварей на земле чернели силуэты из угольного пепла. Ветер подхватывал чёрный прах и разносил его по поляне. Пётр внизу одной рукой тёр глаза, в другой по-прежнему сжимая меч. Приблуда рядом прижимался к земле и тихо поскуливал.

— Вета, где они? Я не слышу тварей. Говори!

— Их нет. Свет уничтожил.

Произнеся это, ведунья наконец и сама поверила, что всё кончилось. Опасность миновала. Голова закружилась от нахлынувшей слабости. Она неловко качнулась на ветке и полетела вниз.

Очнулась от того, что кто-то тёр ей лицо колючим снегом. Днём подтаявший, а теперь замёрзший, он царапал кожу мелкими льдинками.