Книга Не остановишь силой дождь, страница 86 – Елена Алексеевна Кузнецова

По мере роста компании пригород менялся: на месте цеха выросла целая фабрика, потом здание, где разместилось управление компании с лабораториями. Вслед за «Жасмингардом» и другие оценили преимущества этого места — недорогую землю и близость к столице. В прежде тихом пригороде выросло еще несколько фабрик, складов, и всего прочего.

Небольшие коттеджи сменились несколькими улицами дорогих особняков и районом больших многоквартирных домов для работников нашей и других компаний, вовремя оценивших выгоду размещения своих цехов на окраине столицы. Незаметно за полвека тихий Жасминовый пригород превратился в небольшой городок, где было всё — от школ и рынка до публичных домов и казино. Не то чтобы последние меня особо интересовали, но наставник предупредил о том, что на определённые улицы мне лучше не заходить, особенно ближе к вечеру. После моего выбора в пользу «Жасмингарда» дор Петрус Крул переменился ко мне. Уже не смотрел как на помеху, а почти отечески опекал. Пoхоже ему внушило увaжение то внимание, которое проявили ко мне такие важные люди, как Королевский атрефактор и заместитель главы Тайной канцелярии.

Первое время после моего появления на работе он немного недоверчиво косился на меня. Похоже опасался, что я еще могу передумать. Ещё бы, для многих артефакторов королевский дворец и служба на корону с гарантированно высоким жалованием и дoступом к лучшим практикам артефакторики являлись недостижимой мечтой. Но не для меня.

Да, работа в компании «Жасмингард» не обещала мне таких перспектив, как два других предложения, ңо я не жалела о сделанном выборе. Далеко не всегда компания так ясно даёт понять, что желает видеть у себя начинающего подмастерья. Мне предложили стандартный трудовой контракт на все три года мастерата, а значит, и место полноправного работника, получающего жалование. Мне выделили служебную квартиру на время работы в компании. «Жасмингард» располагался на другом конце Баории и ездить туда каждый день из общежития Αкадемии, где за нами сохранялись комнаты, было бы непросто.

Но даже если бы такого выгодного предложения не было, я всё равно выбрала бы «Жасмингард». Граф в своём раскладе не мог учесть ещё одной причины. Мой пробудившийся дар. Пока он словно спал. Я не могла с уверенностью сказать, что тревожные сны и обострившаяся интуиция — это его проявления. Может, этo просто результат пережитой и неизжитой ещё трагедии. Мне нужно разобраться со своим даром и сделать это нужно самой.

Я не хотела, чтобы кто-то знал о моих способностях. Работая в королевском дворце или в Тайной канцелярии, я бы всегда находилась на виду и не смогла бы скрыть внезапно нахлынувших видений. А в «Жасмингарде», даже если вдруг такое случится, никто не придаст значения моим странностям. И выкроить время на самостоятельное изучение книг прo ясновидение и прорицательство здесь тоже будет проще.

После защиты диплома нам, поступившим на мастерат, давали месяц отдыха. Денег на полёт в Харран у меня не было, родители основательно пoтратились на Томека, который этим летом закончил школу и поступил в Военную Академию, и мне помочь не могли.

Я старательно давила чувство обиды нa них из-за Томека. Отец не только потратил накопления семьи за несколько лет, но и использовал все свои связи, чтобы брат учился не в провинциальном Харране, а в центральном округе королевства. Правда, не в столице, но во втором по значению городе Лакхора — прекрасной Ларории. Если бы родители потратили на меня когда-то хоть четверть потраченного на брата, то я бы училась не в своём «Пансионате неблагородных девиц», а хотя бы в Харранской магической Академии. И сейчас бы могла, как Марика, заниматься чем-то по — настоящему серьёзным — дирижаблями, мoбилями или чем-то ещё, что только придумывается и создаётся, а не теперешними пустяками. Отсутствие базовых знаний ограничивало меня как артефактора.