Книга Купленная невеста, или Ледяной принц, страница 132 – Екатерина Полянская

Мелкие «хвосты» приходилось подбирать своими силами. И если с Эдом, который беспокоился за Риони и все еще ужасно злился на меня за то, что впутала в наши дела «чужого», то есть княжича, можно было просто поговорить, то проблему с Лилой требовалось решать более кардинально. Ведь она не просто предала меня, не Идьяре доложила, а к Алиште на службу переметнулась! И ходила теперь довольная, счастьем лучилась.

А если бы не шиссы, Риони уже и на свете не было бы…

Так этого оставлять определенно нельзя!

И я не собиралась.

Решилась и однажды утром в сопровождении Фены спустилась на нижний уровень, где расположились комнаты гвардейцев, телохранителей и прочего военного люда. Для большинства служак была выстроена отдельная казарма, но кое-кто удостоился чести жить в княжеском доме. И Охотник, разумеется, входил в число последних.

Поскреблась тихонечко.

Через некоторое время дверь немного приоткрылась.

— Сели? – со сна голос полузверя звучал сипло. А на лице отразилось беспокойство. Как бы опять на шею вешаться не начала?

— Я по делу. Впустишь?

Он посторонился.

Оказавшись в небольшой комнатке, той самой, что видела на испытании у Иллюзиониста, я заняла единственное кресло. На крупную фигуру мужчины, облаченного в одни штаны, старалась не смотреть. Я смущалась!

— Э-э-эд?..

— Что?

— Скажи, а как ты относишься к мести? – И яду в голос побольше, побольше. Не издевки, а того, что сочится смертельной угрозой.

Ответ телохранителя меня разочаровал. Интересно, они все такие, благородством по голове ушибленные, или мне особенный достался?

— Плохо, – буркнул мужчина, упер руки в бока и сверкнул на меня строгим взглядом. – Если задумала напакостить кому-то, надо было к щенку своему породистому обращаться, уж он бы не отказал.

Лавиной обрушилась обида. Вот зачем он так, а? Ладно со мной, Савир-то чем провинился?

Но ссориться не хотелось, потому я до крови прикусила губу, мысленно сосчитала до десяти и только после этого продолжила:

— Отлично. Мы – плохие, ты – хороший. Но простить Лиле предательство – значило бы ковриком распластаться у ее ног. Топчись, дорогая! По всем добрым чувствам, по доверию… – плакать я не собиралась, так получилось. Всхлипнула раз-другой и утерла щеку тыльной стороной ладони.

Глупость какая, переживать из-за предательства служанки! Но мы росли вместе, заботились друг о друге, она даже на Север за мной отправилась… а теперь вот так. И все дурная, необоснованная ревность! Нет, я не могла этого понять. И принять тоже не могла.

— Сели, прекрати. – Как любой мужчина, Эд совершенно не выносил женских слез и попросту терялся при их виде. Он присел на корточки рядом с креслом, но коснуться меня так и не решился. – Она не стоит твоих слез, забудь!

— Хорошо, – я покладисто закивала. – Проучу и сразу же забуду! А ты мне в этом поможешь.

Полузверь шумно запыхтел и отпрянул.

— Селисса!

Я закатила глаза.

— Если ты такой правильный, можешь считать это не местью, а восстановлением справедливости. К тому же от тебя требуется не так и много: просто скажи, как урезонить Фену, если та вдруг вздумает кого-то покусать. А откажешься, буду сидеть и хныкать тут до самого вечера!

Зеленые глаза опалили меня обжигающим гневом.

— И думать не смей! Если Фена ее покусает, девчонка не выживет.