Книга Скверная, страница 104 – Екатерина Полянская

Мало приятного оказаться частью игры, правил которой ты единственная не знаешь.

И восхищение в глазах одного мага в короне в этом случае мало помогало.

— Мне бы тоже хотелось это понять, – холодно бросил император.

Он был низкоросл, чего не скрывало даже то, что он сидел на троне, плотноват, коротконог и толстоморд – и совершенно не походил ни на одного из «принцев».

— А слышали ли вы, прекрасная конни, историю о заблудившемся мальчике, который забрел в мой дворец и так там и остался? – По другую сторону от меня вдруг возник Дэлориан, правда, его взгляд был прикован не ко мне, а к императору.

— О принце, – кивнула я. – Но там вроде бы два варианта концовки.

Регьярд – особенное место. Здесь легенды оживают.

Предупреждали ведь меня!

— Тем мальчиком был я. – Холд крепче сжал мою руку.

Никто больше не танцевал.

Музыка смолкла.

Все внимание было сконцентрировано на нас.

— Однако никакого брата-близнеца или даже просто брата у меня, насколько помню, не было, – спокойно закончил свою мысль Холд.

У меня что-то внутри перевернулось.

Но… в зале по-прежнему не раздалось ни единого шепотка. Оно и понятно, придворные не желали вызвать гнев ни своего повелителя, ни чужого.

— Сказать по правде, эта история началась несколькими годами раньше, – продолжал тем временем Дэлориан. И не то он отлично играл, не то его взгляд действительно затуманился воспоминаниями. – Когда молодая императрица страдала так сильно, что у нее произошел бунт ее подавленной магии. Регьярд и до этого был опасен своими аномалиями. Сила Альданы стабилизировала одну из них. Что-то замкнуло. И связаны оказались не только наши дворцы, но и наши миры.

Рука императора, кажется, в полном отрыве от его разума начертала в воздухе еще один не несущий никакой пользы знак.

— Тем летом мы с Альданой любили друг друга. – Вот на этом откровении Дэлориана в тишине отчетливо послышались несколько шумных вздохов. – Потом двор вернулся в столицу. Она выбрала долг. Не знаю, был ли в курсе измены обманутый муж, но позже он не мог не заметить, что в наследнике нет ничего от него. Да и магия мальчика раскрывалась непривычным образом.

У стен зала клубился знакомый туман. Люди оказались зажаты в его кольцо.

Выходит, Холд – родной сын Дэлориана, а не приемный?

— Почти восемь лет прошло, когда двор вновь на несколько дней остановился в Регьярде. Моей Али к тому времени уже не было в живых. – Туман подрагивал, двигался, будто живой. Старший мерц с трудом сдерживал свою боль. – Скольких магов тебе пришлось выжечь в ту ночь, а, Рахгон? Непросто было сделать так, чтобы неугодный ребенок не оказался с тобой в пространственном мешке, а прошел грань и попал ко мне? Думаю, ты понимал, что, почувствовав в нем свою кровь, узнав сына, я его уже не отпущу.

— Это все ложь, – процедил сквозь зубы император, с опаской косясь на серо-сиреневые клубы у стен. – Ребенок потерялся случайно. О предательстве жены я узнал намного позже. Не было никакого хитроумного плана.

— Хитроумного действительно не было, – хмыкнул Холд. – Лично мне в этой истории интереснее, откуда у меня взялся двойник?

— Близнец, – поправил Рахгон. – Аля родила двоих мальчиков, просто одного мы спрятали в другой семье. На случай переворота или еще каких потрясений. Обычная практика.