Книга Скверная, страница 80 – Екатерина Полянская

У самой двери маг придержал меня за локоть. Заставил развернуться лицом к себе.

— В гости не приглашу, – предупредила враждебно.

— Позволь напомнить, что я сейчас единственный мужчина, доступный тебе.

Вот… так бы и врезала!

— Это не навсегда.

— Больше трех лет. Ждать долго.

— Что совершенно не повод бросаться в объятия первому встречному. – Я гордо вздернула нос и… ой, зря. Слишком близко оказались наши лица. – Которому я даже не нравлюсь!

Горячее дыхание таяло на моих губах.

Отстраниться мне пока не позволяли.

— Вчера я уже признался, что солгал, – повторил маг… а ведь был отличный шанс списать сказанное ночью на бред после ранения!

— Или сейчас обманываешь? – даже не подумала поверить я.

— Клодия, ты знаешь меня уже некоторое время, – терпеливо напомнил Холд. – И что? Замечала привычку играть чужими чувствами?

— Нет, только привычку манипулировать, недоговаривать и заставлять людей поступать так, как тебе надо! – выпалила я, сверкая глазами.

Обида на то, что он не рассказал мне про Розабель, взыграла.

И много других обид.

— Ты невозможна. – Кажется, терпение его начало подводить.

— Вот и иди… домой!

Я рванулась из его рук.

Холд не просто не отпустил – притянул еще ближе.

Наши лица оказались совсем рядом. Одно маленькое движение – и губы столкнутся…

Сердце в который раз за утро зашлось в безумном ритме.

Сейчас он меня поцелует.

Точно поцелует…

Расстояния между нами совсем не осталось. Мне даже казалось, что я чувствую его губы на своих. Вдыхаю дыхание с едва уловимым ароматом кофе.

— Ты передумаешь, – вместо поцелуя прошептал Холд. – Я заставлю тебя передумать.

— С чего бы? – Ох. Я тоже шептала ему прямо в губы.

От этого бросало в жар.

И становилось как-то приятно томительно.

— Кое-кто утверждает, что мы созданы друг для друга, и в последние дни я начинаю верить.

Хватка исчезла.

Получив желанную свободу, я с трудом устояла на ногах.

Разошлись мы одновременно: Холд направился к мосту, а я вошла в холл, закрыла за собой дверь, сползла по ней на пол и беззвучно разрыдалась, выплескивая напряжение. Но спокойно поплакать мне тоже не позволили.

— Клодия! Вернулась наконец!

— Где ты была? Вы были на службе или… вместе?

— Ты что, плачешь?!

— Брось, даже самый лучший в мире маг не стоит твоих слез!

Дейлис, Милли и Дымок неслись меня утешать.

Забота была приятна, она напоминала, что теперь я не одна. Не сама по себе.

Напряжение быстро схлынуло.

Но, несмотря на это, я хорошенько залила им тут все слезами, накричала на Дейлис за то, что та знала о судьбе прежней хозяйки и молчала, под эту марку заставила виноватую сущность изменить кое-что в доме и разбила особенно несимпатичные мне вазу и статуэтку.

— Магии с ноготок, но характер истинно ведьминский, – охнула душа дома и поспешила исчезнуть, пока опять не попала под раздачу.

Я же долго и плаксиво жаловалась подруге на Холда, который, похоже, задумал превратить меня в замену сбежавшей жене и одновременно в свою личную постоянную магическую подпитку. Или пока не надоем. Обидно до жути! Как истинная подруга, Милли слушала, кивала и в нужных местах проникновенно добавляла: «Каков негодяй!» или «Порчи на него нет… но и я придумать могу!». А Дымок таскал мне откуда-то конфеты с вишневой наливкой в начинке.

К концу меня уже немного подташнивало от шоколада.