Книга Тьма, в которой мы утонули, страница 49 – Екатерина Полянская

Я была в шоке. Никогда раньше на моих глазах никто не умирал. Совершенно жуткое ощущение, от которого леденели внутренности.

В свете всего этого ничего удивительного, что я не запомнила, как покинула место событий, а потом участок. В памяти почему-то отложились лишь вспышки камер. Нас с Анреем засняли, и вряд ли я на этих снимках получилась хорошо.

Голова включилась только здесь, на диване в холодной гостиной заброшенного дома Данблашей.

Не такого уж заброшенного, на самом деле.

Мы сидели на приличном расстоянии… настолько приличном, что становилось неуютно, а в воздухе расплывалось темное облако беспокойства.

— Мне жаль. – Я придвинулась ближе и положила ладонь на его плечо, казавшееся сейчас таким твердым, будто закаменевшим.

— М? – Анрей вздрогнул и немного удивленно посмотрел на меня.

— Твоя мать.

Она собиралась напасть на меня. Только сейчас вспомнила. И вздрогнула всем телом.

— У меня никогда не было матери. – Анрей оставался спокойным, только… немного застывшим.

— А отец? – не знаю, зачем спросила.

— Умер еще до моего рождения. Предположительно, это и послужило причиной ее безумия.

«Ты влюбился в нее, – прозвучал в ушах неприятный голос. – Она принадлежит проклятию».

Разум распирало от неоформившихся вопросов, но Анрей вдруг притянул меня к себе и сжал в объятиях, словно плюшевого медвежонка. На мгновение зарылся лицом в волосы, заставив задрожать от щекотного тепла его дыхания. А потом прошептал:

— Прости, что втянул тебя. Ничего подобного не должно было случиться.

Он чуть отстранился, но хватка его рук у меня на талии стала требовательной. Глаза светились серебром. Я сама потянулась к нему, приближая наш поцелуй. Утонула в нем. Растворилась. Изо всех сил делилась теплом и готова была отдать всю себя.

Не знаю, сколько это продлилось.

И почему мы не пошли дальше…

Распухшие от поцелуев губы болели, а Анрей, судя по вспышкам в волчьих глазах, отчаянно пытался вернуть самоконтроль.

— Теперь ты уедешь? – Я никогда не умела сдерживаться.

— Вряд ли я смогу, – пробормотал он и медленно провел по моей щеке костяшками пальцев.

— Хорошо.

От мысли, что он мог включить хорошего парня и решить держаться от меня как можно дальше, становилось почти физически больно.

— Мия, что ты знаешь об оборотнях? – Самый загадочный их представитель пытливо всмотрелся в мое лицо. – Ты ведь читала все эти истории про единственную пару на всю жизнь?

— Прости. – Тут я немного смутилась. – Я предпочитаю глянцевые журналы и сериалы по кабельному.

Он улыбнулся, как если бы мое признание показалось ему милым. Хотя милого там, разумеется, ничего не было.

— Правда в том, что это все чушь. Нет никакой идеальной пары. Не должно быть. – Понятия не имею, зачем он мне все это растолковывал. – Но я ведь говорил тебе, что я необычный оборотень. Мои возможности отличаются от того, что могут другие. И… похоже, в части отношений тоже. То, что я чувствую к тебе… Думаю, это оно.

Сердце подпрыгнуло и забилось где-то в горле. Если бы не серьезное лицо, с которым было сделано признание, я бы сама на него набросилась.

— Интересный способ признаться в любви.

— Больше, чем в любви. – Опять этот пристальный взгляд. – Намного больше.

Изогнувшись, я попыталась игриво поцеловать его… куда-нибудь… но он уклонился.