Книга Медведь по завещанию, страница 49 – Екатерина Полянская

— В медовый месяц любое место становится местом для непристойностей.

Дама за столом в конце зала, составлявшая расписание для местного книжного клуба, неодобрительно посмотрела на него из-за тонких очков. Впрочем, столкнувшись с наглым взглядом моего благоверного, и она, и библиотекарь демонстративно отвернулись.

— Все может быть не так погано, – тихо сказал мне муж, избавившись от пристального внимания окружающих. – Грахему, как старшему из детей, мог завещать заботиться о тебе ваш отец.

— Да, я думала об этом, – кивнула, все еще сидя, как прилежная ученица.

О смерти отца мне просто сообщили, и все. До сих пор я считала, что не упомянута в его завещании.

— Или еще вариант, – продолжал Никлас. – Грахем может быть как-то виновен в том, что случилось с твоим даром. Если это так, мы скоро узнаем. Воспоминания будут постепенно возвращаться.

Их уже больше, чем было утром. И оставшиеся пробелы со временем заполнятся.

— И в том и в другом случае лучшего мужа, чем я, не сыскать, – с мрачной улыбкой подытожил Алавен. – Высоки шансы быстро стать обеспеченной вдовой.

Я непроизвольно поежилась.

Медведь мог бы растерзать меня раньше. Запросто.

— Давай мы эту гадость с тебя все-таки снимем, – пробормотала, борясь с желанием облизать губы, – когда Никлас так пристально смотрел, сделать это не решилась. – Не хочу становиться вдовой.

— Хорошо подумала? – Он насмешливо сузил глаза. – Это престижнее того, что предполагает наша договоренность.

Как можно таким шутить?!

— Ну тебя!

Дернулась встать, но он перехватил за руку. И, гипнотизируя взглядом, нарочито медленно поднес пальчики к губам.

Ох…

Поцеловать не успел. Даже дыхание не достигло кожи, потому что библиотекарь рявкнул:

— Алавены!

Да чтоб его!

— Мы уже уходим, – сделал ему великое одолжение Ник. Не только ему, но и всем присутствующим, похоже. – Не стоит так явно завидовать.

Подборки печатных изданий вернулись в архив, в наших карточках появились соответствующие отметки.

Библиотекарь позади вздохнул с хорошо слышимым облегчением.

— Ну что ты сразу цепенеешь? – Муж обнимал меня за плечи и весьма откровенно прижимал к себе. – Он не одна из твоих строгих преподавательниц.

Исключительно за пиджак, согревавший меня в библиотеке, я простила магу безобразное поведение. А еще потому, что сама не хотела в его глазах выглядеть занудой.

— Почему мне кажется, что в жизни до того случая и до переезда в Глэдшир ты был невыносим? – сорвалось с языка.

Прямолинейность однажды меня погубит.

— Потому что ты нежный цветочек, – хмыкнул этот наглец и оставил на моей скуле мимолетный поцелуй, – и не осознаешь всей степени зла. Я был намного хуже, чем невыносим.

— Серьезно?

— Большинство магов такие.

Это да. Я бы даже сказала, почти все одаренные.

«Милый» характер Иззи меня до сих пор немного пугает.

Наверное, поэтому я так стараюсь с ней подружиться. Это мой способ справиться с миром. Способ выжить, если угодно. У меня нет сил защитить себя или всерьез причинить вред противнику, поэтому я стараюсь заводить друзей, а не врагов. И это работает.

Поправка: работало в пансионе. И я притащила привычное поведение во взрослую жизнь.

Поглощенная невеселыми мыслями, не сразу заметила, что направляемся мы не домой, а в таверну. Переживания притупили голод, и он до сих пор не ощущался, но я разумно решила, что поесть не помешает. Особенно мужу. Все равно готовить сегодня нет ни сил, ни желания. А для нашей репутации супругов полезно где-нибудь появляться вместе.