Книга Академия Эльрим. Начинай меня ненавидеть, страница 46 – Екатерина Полянская

— А с деревом обнималась зачем? – Он, конечно, не смог «не заметить».

— Настроение было такое, – отмахнулась беззаботно.

С ним на удивление легко. И даже когда опозорилась, не стыдно.

— Ты странная, Вайолетт Райлих, – заметил Ульс. – И этим притягиваешь.

Серьезно он говорить не мог, так что я закатила глаза. Но раз уж мы все равно разговаривали, решила выяснить главное:

— Не знаешь, сегодня что-нибудь необычное в Эльрим случилось?

— А как же! – Ульс заставил меня взять его под руку и повел ко входу в замок. – Вышел новый выпуск художеств нашего шутника с подробным описанием, как и чем Итван занимается со своими подружками. Поверь, там не для девичьих глаз. Корнагард рвет и мечет. Наш куратор в бешенстве. А мне еще больше интересно, кто у нас такой талантливый.

Вспомнилось, как Рьяна не могла глаз от пола поднять после листовки о ней… Бедная Тария!

— Стой… – Ульс сделал из моего задумчивого молчания свои выводы. – Это же не твое творчество? Пожалуй, ты тут единственная, кому будет обидно открутить голову.

— Не мое. Просто я живу рядом с одной из девушек, совместимых с Итваном, и мы вроде как в неплохих отношениях.

Как он вообще додумался приписать мне пошлую гадость?!

— А, тогда ладно. – Ульс вроде бы расслабился, но мне достался настороженный взгляд.

— И больше ничего необычного не происходило?

— Тебе что, мало?

— Да нет, просто интересно. Меня весь день не было.

Ясно, Эльку еще не разбудили.

Тянуло паниковать, но… они ведь могли и не пробовать сегодня? Возможно, все случится завтра или через пару дней?

Вроде бы до замка было близко, и дошли мы быстро, но Вардосу хватило времени ненавязчиво так выяснить, где меня носило. Я так и не поняла, перестал он меня подозревать или нет. Но во мнении, что с этим парнем не все просто, утвердилась точно.

— До завтра, Вайолетт.

Ульс остался стоять у расписания и оттуда смотрел, как я поднимаюсь по лестнице. Хотя комнаты парней располагались на том же этаже, просто в другом коридоре.

— Знаешь что, Вардос? – Я зачем-то задержалась на середине первого пролета и посмотрела вниз. – Я рада, что тебя не отчислили и никуда не перевели.

— Я тебе нравлюсь? – Он изобразил улыбку дорвавшегося до хозяйской сметаны кота.

Почему именно изобразил? А не знаю.

— Предпочитаю спокойно учиться, – честно ответила я.

— Ну, это мы со временем исправим…

* * *

Я слышала, что выспаться студенты мечтают даже больше, чем не завалить экзамены, но что виной тому не тяжелая учеба, а всякая ерунда, которая вечно происходит не вовремя, до недавнего времени мне было невдомек. Лишь сейчас на собственном опыте узнала.

Тария рыдала всю ночь, и чувство сострадания не позволило мне оставить ее одну. Смятую листовку я нашла у нее в комнате. Мрак, это было жестоко! Подробно, доходчиво и талантливо, но у меня за компанию с пострадавшими руки чесались придушить сплетника.

Текст представлял собой откровенный любовный рассказ, с той разницей, что на одного парня здесь приходилось три девушки.

Иллюстрации не оставляли простора воображению.

От первого выпуска этот отличался тем, что в нем от первого до последнего слова была рассказана ложь. Тария уверяла, что ни у кого из них троих с Итваном ничего не было. Но дело даже не в ее объяснениях и слезах. Одного ее «Фу, это противно!» мне хватило, чтобы безоговорочно поверить соседке. Собственно, сам автор в конце честно признавался, что все написанное – художественный вымысел.