Книга Восьмая нота Джокера, страница 3 – Алёна Нова

─ Всё будет хорошо, ─ уговариваю себя, заходя в спальню, и едва эти целительные слова доходят до мозга, раздаётся звонок с ноута, заставляя подскочить на месте.

На мониторе фотка моего друга Женьки, но я мешкаю, прежде чем ответить. Боюсь непонятно чего, хотя внутренне пониманию, почему так себя чувствую, и всё же не могу себя перебороть. Жду, пока он не перестанет, но этот парень слишком упрям, чтобы сдаться – все хорошие спортсмены такие, – и я вынуждена сделать это первой.

─ Привет, ─ машу, улыбаясь.

─ Почему в прошлые разы не отвечала? Слиться решила? ─ тут же набрасывается на меня.

Когда-то мы были партнёрами по танцам, и видеть его, зная, что давно нашёл мне замену, больно для самолюбия, но что ещё хуже, я не имею никакого права на обиду. А мне бы хотелось, чтобы оно у меня было.

─ Извини, ─ покаянно вздыхаю. ─ Я совсем замоталась с этим переездом.

Молча разглядывает меня, будто ищет какие-то подтверждения своим собственным умозаключениям, но ничего не говорит, хотя я знаю, сколько у него мыслей по этому поводу.

─ Ну как ты там?

─ Пока жива, ─ пожимаю плечами, и Женька хмурится, будто сказала что-то плохое.

Мы оба испытывали друг к другу нечто большее, правда, мне всегда казалось, что я была увлечена им гораздо сильнее. После года моей реабилитации я поняла это чётко, когда в его глазах увидела эту жалость и дурацкое сочувствие, ожидая, что найду в них только поддержку и веру, что у меня снова всё будет хорошо. Но так и не нашла.

─ Как Ира? ─ спрашиваю чисто из вежливости, но внутри ненавижу эту девчонку, занявшую моё место.

─ Справляется, только без тебя не то, ─ признаёт вполне искренне, и я знаю, что это правда.

У меня вовсе нет тщеславия по поводу собственных прошлых успехов – я просто знаю, на что была способна, и на что способны другие, но от этого совсем не легче, ведь они там, а я здесь.

─ Надеюсь, к соревнованиям она будет лучше.

Только бы не разреветься. Я год держала эмоции под самым надёжным замком, не позволяя себе и слезинки, но сейчас готова была взорваться из-за простого звонка. Вот бы моя терапевтша сейчас порадовалась, конечно.

─ Ты… приедешь? ─ спрашивает неуверенно.

Не приеду. Не хочу. Да просто не могу видеть, как кто-то исполняет мою мечту.

─ Я не знаю, Жень. Я даже не знаю, что там со школой, и вообще, что будет дальше… Не буду ничего обещать, ладно?

─ Тогда, может, мне приехать?

Когда я лежала в больнице он спросил то же. Наверное, мне ещё тогда стоило задуматься, ведь обычно те, кто вроде как тебя любят, не задают таких вопросов, а просто приезжают, бросая всё.

─ Лучше готовься к соревнованиям, ─ нахожу в себе силы улыбнуться, и Женька тоже расслабляется, хотя его улыбка всё ещё кажется мне неестественной. ─ Слушай, мне вроде как надо ещё кое-какие коробки разобрать, а то мама будет ворчать, ─ очередная ложь, ─ так что я пойду, ладно?

─ Окей, не хочу тебя отвлекать. ─ Враньё. ─ Не пропадай, хорошо?

─ Пока, ─ первая отключаюсь, выдыхая, как после пробежки, и хочется что-то расколотить.

Вместо этого переодеваюсь, хватаю колонку и иду выплёскивать эмоции.

С помощью танца, как и с помощью музыки можно выразить гораздо больше чувств, чем словами. Именно поэтому я когда-то выбрала их, потому что в детстве много дралась с мальчишками, и мама не дала мне пойти на борьбу. Не для девочек, мол. Правда, мне всегда казалось, что это она парней пожалела…