Книга Кризис-менеджер для Дракона. Книга 1, страница 157 – Лана Флоренс

«Белое платье, спасающее жизни». Что, простите?

«Увидит глазами дракона прежде, чем станет драконом». Я вздохнула. Каэр был прав, это можно было притянуть к чему угодно.

Потом становилось только веселее. «Уйдёт от смерти в руки к самой смерти», «откажется от того, что сама попросит», «очистит ложь и заберёт чужое»…

Начну воровать?

— Почему всё так запутано⁈ — наконец не выдержала я.

Архивариус, который приносил новые свитки, посмотрел на меня так, словно вопрос был детским.

— Потому что этим пророчествам тысячи лет. Некоторые значительно старше общего языка. Другие произнесены совсем недавно. Их говорили разные Видящие. Записывали разные писцы. Часть переводилась с древних языков.

То есть переведены по нескольку раз. Разными людьми. Я видела такие договоры, по ним потом судятся десятилетиями.

— И никто не подумал нормально это систематизировать?

Он искренне оскорбился.

— Всё систематизировано!

Я посмотрела на стопку, где один и тот же текст повторялся в четырёх вариантах и под тремя датами. У нас были очень разные представления о систематизации.

К закату я уже делала записи. Нет, не запутанных пророчеств, а выводов.

Итак, вывод первый: единого пророчества о Белой Деве не существует. Вообще. Есть огромный цикл предсказаний, собранных за тысячи и тысячи лет.

Вывод второй: их произносили разные Видящие. То есть даже «Орим сказал» ничего не означало, пока не уточнишь, какой именно Орим и в каком тысячелетии.

Третье: популярные формулировки часто являлись поздними сокращениями или толкованиями. То есть фактически новыми мыслями.

Четвёртое: некоторые древние грамматические формы позволяли по-разному понять, кто именно совершает действие. Сама Белая Дева или кто-то с Белой Девой.

Пятое: ни один текст не указывал, появляется ли Белая Дева в этом мире уже Белой Девой или становится ею позднее. И является ли она драконом от рождения — при условии, конечно, что драконом вообще можно стать как-то иначе.

Наконец, шестое: совпадение отдельных признаков ещё не означало, что пророчество исполнилось целиком.

Я положила грифель.

— Какой ужас!

Архивариус, который пришёл забрать наши свитки, поднял брови, решив, что я снова обращаюсь к нему.

— Что именно?

— На основании вот этого живёт ваш мир?

— Лучше быть готовым к будущему хоть как-то, чем не знать его вовсе. Толкования…

— Ну уж нет! — Кажется, я сказала это громче, чем собиралась. — Ваши толкования — это вообще отдельная тема для дискуссии.

Ильсар из соседнего кресла поднял голову. Наверное, он там уже задремал. Ну невозможно читать столько времени три маленьких свитка!

— Если вы не можете быть уверены в трактовке, нельзя выдавать одну из версий за готовый ответ!

Архивариус побагровел.

— Простите?

— Сколько ошибок вы можете совершить? Или дать совершить другим? Вы выдаёте людям исходные данные, в которых даже субъект действия иногда определить невозможно!

— Это пророчества!

— Именно поэтому к ним надо относиться ещё осторожнее! Это знание о будущем, в точности которого никто не уверен.

Сайрен подозрительно кашлянул, явно пряча улыбку.

— Представь, — продолжила я уже ему, — я прихожу к королю и говорю: «Есть прогноз. Возможно, завтра война. Или свадьба. Или война после свадьбы. Действующее лицо тоже уточняется. Но источник очень авторитетный».