Книга Кризис-менеджер для Дракона. Книга 1, страница 17 – Лана Флоренс

— Хотел поесть.

Я посмотрела на почти полный котёл.

— Да ты едва достаёшь до верха! Можно ведь было попросить.

Он пожал плечами:

— Можно было.

Не исключено, что в этом мире все люди с детства проходят специальное обучение по коротким разговорам и уклонению от прямых ответов. Хотя вопрос надо ставить шире: почему я вообще их понимаю? Они говорят на русском?.. Так, отложим в стопку необъяснимого, она и так уже неприлично высокая. Мальчик тем временем выглядел голодным. Или просто очень заинтересованным в моей похлёбке.

Я поднялась, стараясь не наступать на острые камешки, взяла одну из пустых глиняных мисок, оставленных девушкой, и повернулась к котлу. Черпак того, кто гордо именовался Раздатчиком, лежал поблизости.

Я налила похлёбку, выбрала неплохой кусок мяса и протянула миску мальчишке.

— Держи.

Мальчик выбрался из-за котла полностью и бесшумно встал рядом. Он принял еду с неожиданной серьёзностью и буркнул что-то в духе:

— Спбб, — не отрывая от миски взгляда.

Я вернулась на бревно. Мальчик устроился рядом, подтянув ноги, и начал есть с такой скоростью, словно боялся, что кто-то сейчас отнимет миску. Примерно так ела наша кошка Бусина дома у мамы, после того как её не кормили полчаса. Так, не думать об этом, Алиса!

Мои стражники продолжали стоять в стороне. Мальчик всё время перемещался настолько хитро, оставаясь для них за котлом, что я не была уверена, что они вообще его видели. Либо он не входил в зону их повышенного интереса. Странно. Других детей я в лагере пока не видела, этот же был одет слишком хорошо для сына слуги, но слишком неряшливо для господ. Да и где тогда бегающие вокруг него Раздатчики, Стражники, Нянюшки и прочие, выполняющие свои функции? Я посмотрела на мальчика внимательнее. Первый мой контакт, который не стремится сделать от меня ноги.

— Как тебя зовут?

Он замер с ложкой у рта. Подумал. И почему этот простейший вопрос приводит всех местных в логический тупик? Что за кризис самопознания?

— Секрет, — наконец сказал он и торжествующе блеснул на меня серым глазом так, как иногда делают дети, которые считают, что смогли обмануть взрослого.

— Это и есть твоё имя? — уточнила я.

Он важно кивнул и снова принялся за еду.

— Ладно, — принялась рассуждать я. — Если Раздатчик раздаёт еду, Дровянос носит дрова, а Стражники стоят и смотрят на меня так, словно ждут, когда я превращусь в тыкву, чтобы отнести меня в шатёр. То что делаешь ты? Хранишь секреты?

Мальчик подозрительно покосился на меня. Проверял: поверила или издеваюсь. Да поверила, поверила! Называйтесь вы все, как хотите, честное слово! А мне надо придумать другой способ начинать разговоры с местными.

— Иногда храню. Если меня об этом просят.

— Тогда всё сходится, — кивнула я и начала есть, словно потеряла к нему весь интерес.

Подожду, это же ребёнок.

Он не выдержал и полминуты. Прожевал кусок мяса, проглотил и выпалил:

— Почему ты так одета?

Я посмотрела на свой некогда белый пиджак, испачканный землёй и кровью, порванные брюки и голые стопы.

— Потому что утром я собиралась на деловую встречу, а не в поход по лесу с вооружёнными психопатами…

— Штаны мужские, — заметил он.

— Во-первых, они женские. Во-вторых, довольно дорогие. Были когда-то. В-третьих, в вашем мире женщины вообще не носят брюки?