Книга Последний принц, страница 58 – Эстер Пак

Она крепко сжала губы, чтобы не разрыдаться. Сейчас, когда по её вине академии грозило закрытие, она не имела права выпустить даже слезинку.

Вместо неё Чонха спокойно и коротко рассказал, как всё произошло: как друг Канюль и его отец могли погибнуть, если бы они не вмешались; как самого друга уже успели схватить и что никакого прямого вреда стражам они не нанесли.

Профессор Сол сжал пальцами виски.

— Они заманили вас в ловушку.

— Как это? – переспросил Чонха.

— Когда только-только пала династия Каон, а у Ким Хивона ещё не было власти, ему была необходима поддержка волшебников. Потому он и создал Каонскую академию, чтобы подчинить магию, взять её под контроль. Но сейчас всё изменилось.

— Но что?

— Теперь он полностью управляет страной. И академия, где большинство студентов – сторонники старого порядка, стала ему неудобна. Он больше не нуждается в ней. Потому и пытается закрыть всеми возможными способами. Всё это подстроено заранее.

Он посмотрел на Канюль.

— Они привели твоего старого друга и знали, что вы втроём не останетесь в стороне. Знали, что ты центр вашей троицы, что ради тебя двое других пойдут на всё. Даже раскроют поле.

— Это…

— Они утверждают, будто вы пытались напасть на правителя? А сами бросают за каким-то учеником личную стражу? Вы и правда верите, что всё это совпадение?

Только теперь Канюль, словно очнувшись, с трудом выдохнула:

— То есть они всё знали заранее…

— Конечно. Всё продумали до мелочей. Даже твоего друга сначала схватили, а потом отпустили. Чтобы вы пошли по следу, чтобы было за что зацепиться. Один сплошной капкан. Они используют всё до последнего. Даже дружбу, если она может сыграть им на руку, – тихо сказал профессор Сол, на мгновение задержав дыхание. – Но если бы они поняли, что вами нельзя воспользоваться, они бы уничтожили и твоего друга, и его отца. Так что вы действительно спасли невинные жизни.

— Мы правда очень сожалеем. Всё это случилось по нашей вине…

— У нас ещё есть шанс, – твёрдо сказал профессор. – Раз вы рассказали всё как было, у нас тоже будет, что предъявить в ответ. И помните: у Каонской академии есть я, есть председатель. Мы выстоим.

Канюль, до сих пор сжимавшая губы, с трудом, но всё же позволила себе облегчённый вздох. На её лице впервые за всё это время появилась тень надежды.

— Но с этого момента, – продолжил Сол, – я не позволю вам покидать академию в одиночку. Мы не знаем, на что ещё они способны. И к тому же Чонха…

Он вдруг осёкся. Чонха, поняв, о чём речь, первым нарушил тишину:

— Теперь я… родной племянник правителя.

Профессор приподнял брови.

— Это правда?

Чонха кивнул.

— Я сам до конца не понимаю, как это вышло. Простите. Это моя вина.

Профессор медленно подошёл и положил ладонь ему на плечо.

— Как можно винить тебя за то, с какой кровью ты родился? Ты этого не выбирал.

— Но иногда одного рождения достаточно, чтобы быть виновным. Мне… мне лучше бы не рождаться вовсе.

Грянула резкая пощёчина.

— Канюль?.. – выдохнул Чонха, ошарашенно уставившись на подругу.

И хотя удар пришёлся по его щеке, это её лицо оказалось искажённым болью. Глаза Канюль блестели от слёз. Она схватила Чонха за ворот и резко встряхнула.

— Ким Чонха! Как ты можешь говорить такое при мне?! – Её голос пронзал его насквозь. – Мы ведь дали друг другу слово! Что у нас одна жизнь на троих, что, какими бы ни были наши начала, конец у нас будет общий, что мы пройдём через всё вместе! – Её голос дрожал. – А теперь ты говоришь, что тебе лучше бы не рождаться? Для нас ты важнее самой жизни. Неужели ты сам этого не чувствуешь?