Книга Её единственный омут спасения, страница 75 – Екатерина Звёздная

Конечно, на фоне всех этих мыслей я старалась гнать от себя образ Карлана, лежащего на носилках, когда его унесли после прибытия. Даже не понимаю, откуда во мне остаются силы не кинуться на поиски врачебного бокса и не сидеть у постели Карлана. Думаю, сейчас моё пребывание там не поможет ни врачам, ни команде — и мне самой тоже.

Отжав воду с волос, я обтёрла тело полотенцем и, соорудив тюрбан на голове, встала напротив зеркала. Из какого материала было оно сделано, я не знала, но впервые увидела зеркало, не запотевшее от пара. Взгляд привычно мазнул по отражению и тут же вернулся к нему.

Из зеркала на меня смотрела незнакомая девушка: лёгкий оттенок серо‑синего цвета кожи ещё присутствовал, но он уже не был основным — казалось, что это просто нездоровый цвет. А под ним проглядывалось что‑то совершенно иное.

Прижавшись носом к зеркалу, я изучала своё отражение: всё то же, но и не то же. Зажмурившись, я ощутила слабость в ногах. Что происходит с моим телом? Или это что‑то со мной происходит? Кому задать вопросы, чтобы получить нужные мне ответы, я не знала.

Взгляд переместился на руки. Цвет перед глазами был такой же, что секунды назад я увидела в зеркале. Схватив и натянув халат, я покинула душевую.

В комнате было пусто, но на столе рядом с маской стоял поднос с едой: лёгкая каша, бульон с мелко нарубленными овощами и чай. Желудок протестующе бурлил, напоминая о необходимости заполнить пустоту, но в то же время аппетита особо не было.

Усевшись на единственный стул, я потянулась к ложке. Рука больше перемешивала еду, чем подносила ложку ко рту. Но и при таком оцепенении я каким‑то образом смогла всё съесть.

Когда в дверь постучали, я как раз допивала остатки чая. Дверь открылась, и в комнату вошёл Бет.

— Рад, что еда пришлась по вкусу.

Мужчина посмотрел на пустые тарелки. Я поморгала, возвращая взгляду осмысленность, и встала.

— Спасибо.

— На вкус нормально? Мы не знаем, придётся ли вам такое: обычно наше меню отличается от того, что Аля просила приготовить.

Кинула взгляд на тарелки. Теперь понятно, почему еда показалась мне привычной.

— У вас хороший повар. Если он не привык такое готовить, он точно гений в своей сфере, — безучастно проговорила я.

Стянув полотенце с волос, я откинула назад спутавшиеся пряди и прошла к шкафу. Закинув в машинку мокрую ткань, потянулась к расчёске, что лежала на полке над машинкой.

— Всё хорошо? — послышался ровный голос Бета.

— Можно сказать, что я пытаюсь прийти в себя. Но пока не очень хорошо получается.

Бет смотрел на меня внимательно, будто боялся пропустить малейшее изменение. Потом прошёл к стулу, потянул его на себя и поставил напротив кровати, оседлав и сложив руки на спинку. Я же устало опустилась на кровать, рефлекторно расчёсывая волосы. Мужчина молчал. Эта тишина не сулила ничего хорошего.

— Молчание не поможет найти решение. Что с Сиром? — я не выдержала и посмотрела на Бета.

Тот хмурился, не спеша что‑либо говорить. Так мы и продолжали игру в гляделки.

— Что ты знаешь о Сире?

Странный вопрос — мы вроде собирались обсуждать его здоровье.

— А что является информацией о нём? — я пожала плечами. — Ни возраста, ни семьи. Цвет глаз и волос устроит? — хмыкнула я.

— Ничего совершенно? — Бет сжал губы в тонкую линию.