Книга Повелительница, страница 48 – Юлия Белова

Тавер усмехнулся, а Ардэн лишь слегка приподнял бровь. Между ними повисло молчаливое понимание — давнее, пропитанное общими воспоминаниями и, возможно, старыми обидами.

— Можно и так сказать, — наконец произнёс Тавер. — В юности мы успели натворить немало глупостей.

Мужчины переглянулись — в их глазах промелькнула тень давней истории, — и синхронно хмыкнули, будто услышали одну и ту же немую шутку.

Анна наблюдала за этой сценой, слегка прищурившись. В воздухе повисло напряжение — не враждебное, но ощутимое. Она чувствовала, что за этими шутливыми словами скрывается куда более глубокая история.

— Скажем так, — неторопливо начал Тавер, словно смакуя каждое слово, — нам двоим было… весьма тесновато в одном районе. Бывало, между нами вспыхивали стычки — такие, что после них мы оба выползали едва живые, с синяками и ссадинами, но всё равно ухмылялись, будто это была какая‑то дикая игра.

Ардэн на эти слова лишь тихо рассмеялся и покачал головой, взгляд его на миг затуманился от воспоминаний.

— Помнишь тот мой удар? — самодовольно прищурился Тавер. — Долго ты потом кости на руке сращивал, а?

— Зато ты в тот раз без костылей не передвигался, — спокойно, почти лениво отозвался генерал, и в уголках его губ дрогнула усмешка.

— Что‑то не похожи вы на давних врагов, — с явным сомнением протянула Нина, переводя взгляд с одного на другого.

— Однажды, — продолжил Тавер, — во время очередной нашей стычки нас застал мастер Абзейр. Схватил нас за уши, как нашкодивших мальчишек, и сказал, что мы маемся дурью. А раз уж нам некуда девать всю эту энергию, то он возьмёт нас к себе и научит её направлять в нужное русло. Вот так всё и началось.

— Странно, почему я тогда ничего о нём не знала? — обратилась Нина к Ардэну, слегка нахмурившись.

— Вскоре отец увез меня в Хорту, — вмешался Тавер, — там я и остался. А ты, выходит, так там и застрял?

Ардэн молча кивнул, взгляд его уплыл куда‑то вдаль, в прошлое. Пока мужчины погружались в общие воспоминания — в те дни, когда дружба рождалась из соперничества, а уважение — из ударов, — Анна краем уха слушала краткий отчёт Нины.

По сути, этот визит был для неё скорее отдыхом, чем необходимостью. Идти сюда лично вовсе не требовалось: Нина всё равно пришла бы к ней позже и доложила всё, что нужно. Но Повелительница решила немного развеяться — отложить тяжёлые свитки и чернильные перья, разомнуть ноги, вдохнуть воздух, не пропитанный пылью архивов.

Мужчины всё так же тихо переговаривались, наблюдая за тренировкой девушек во дворе: их движения были плавными, как танец, но в каждом ударе читалась сила.

— Генерал, — прервала она их разговор, голос прозвучал резче, чем она ожидала, — раз уж вы так хорошо знакомы, то прошу вас позаботиться о размещении господина Джаша.

Ардэн склонился в почтительном поклоне, принимая приказ Повелительницы. И почему‑то эта показная покорность, эта безупречная выправка задели её сильнее, чем любая дерзость. Резко развернувшись, Анна поспешила вернуться в свой кабинет — туда, где стены из пергаментов и чернил могли спрятать её от собственных чувств.

Но не успела она отойти далеко, как до её ушей донёсся разговор мужчин.

— Знаешь, — лениво протянул Тавер, — что‑то я не припомню, чтобы раньше во дворце было столько красивых девиц.