Книга Попаданка. Развод отменяется, страница 12 – Василиса Васильева

В детских покоях тихо. Я толкаю дверь и вижу гувернантку у кровати. Она жива, но без сознания. Амели на кровати нет.

— Амели! — крик срывается с губ, и я понимаю, что теряю самообладание.

Воздуха не хватает, он режет горло, но не доходит до легких. Магия рвётся из меня сама, время дёргается.

Я вижу сразу несколько слоёв реальности: тень у окна, Амели за шторкой, чьи-то руки, тянущиеся к ней.

— Нет! — я кричу и останавливаю время полностью.

Чёрная фигура зависает в воздухе с Амели на вытянутых руках. Девочка беззвучно шепчет: «Мама».

Я шагаю вперёд.

— Отпусти её! — приказываю я спокойно.

Фигура дёргается, но не полностью.

— Интересно, — хрипит искажённый голос. — Это правда ты.

Я не отвечаю.

— Закрой глаза, — прошу я Амели и ломаю пространство под ногами фигуры, выдергивая из рук похитителя дочь. Тень рушится вниз, будто проваливается в трещину между секундами.

Я возвращаю время, и комната наполняется звуками. Амели плачет, а дверь разлетается в щепки.

Это Массимилиано.

Он в частичной трансформации: вертикальные зрачки, на скулах и шее серебристые чешуйки, когти пугают своей величиной.

— Кто? — его голос нечеловеческий.

Я прижимаю Амели к себе. Она дрожит.

— Не знаю, но это точно не человек.

Массимилиано закрывает глаза, и по комнате проходит дрожь.

— Красная... — глухо говорит он. — Я чувствую.

Я замираю, не понимая, что он имеет в виду.

— Руала, — прорывает он, открыв глаза. В них горит ярость.

Академия Богов

— Это выходит за рамки, — говорит богиня, глядя в зеркало мира.

— Но красиво же, — тянет парень, болтая ногами в воздухе.

— Она запускает магию времени через ребёнка, — строго говорит она. — Ты понимаешь, что это значит?

Он замолкает.

— Да, — тихо отвечает он. — Это не просто попаданка.

— Нет, — кивает богиня. — Это якорь.

— Тогда почему именно она? — хмурится он. — Я проверяю тысячи кандидатов.

Богиня снимает очки и внимательно смотрит на него.

— Потому что она уже ломала свою судьбу. Там. На Земле.

— Но… — поднимает голову он. — Я не вижу её в списках.

Богиня улыбается.

— Потому что её там нет.

Парень бледнеет.

— Ты хочешь сказать…

— Что она вне системы, — заканчивает богиня. — И именно поэтому её выбрали.

Он сглатывает.

— А если Совет узнает?

— Тогда, — снова надевает очки она, — Демария больше не будет миром драконов.

Он смотрит на отражение Ивы, держащей ребёнка.

— Я всё-таки рад, что это она.

Богиня долго смотрит на него.

— Не привязывайся. Ты знаешь правила.

— Поздно, — усмехается он. — Она первая, кто называет меня «наглым».

Ночью я забираю Амели к себе, оставив Максимилиано разбираться с ситуацией. Утром он входит сдержанный и уверенный, и мы вместе отправляемся завтракать в малую столовую.

— Я ошибся, — начинает он, когда мы приступаем к еде. — Леди Руала не было в замке ночью. Она осталась в столице, в замке короля.

Я смотрю на него с недоверием.

— Кто же тогда пытался украсть малышку? — шепчу я.

Он отвечает коротко, словно отмахнувшись:

— Будем выяснять.

Его холодность неприятно задевает меня. Но что-то в его поведении настораживает меня.

В этот момент в столовую входит леди Руала, уверенная и величественная. Ее рука лежит на животе, а на лице играет самодовольная улыбка.

— Я слыала о переполохе ночью, — говорит она сладко. — Надеюсь, с ребенком все в порядке?