Книга Я не знаю тебя!, страница 35 – Василиса Васильева

— Мне нужно, чтобы ты вернулась и всё-таки заняла своё место, — сложил руки в замок и положил на них подбородок родитель.

— Пап, мы говорили уже на эту тему тысячи раз! Не хочу я быть начальником, боссом, шефом и так далее. Ну не моё это!

— Зря, подумай, считай, я не слышал твой ответ, — тяжело выдохнул отец.

— Па-а-а-ап, ты чего-то не договариваешь! — протянула я.

— Брось думать всякую ерунду! — практически прорычал отец. — Идочка беременна, я хочу уделять ей больше времени сейчас, а когда родится ребёнок, отдать тебе бразды правления.

— Пааап! А у тебя, случайно, как это, блин, не помню… — потирала я лоб. — Бастарда нет?

— Что? — не понял отец.

— Говорю, сына внебрачного нет?

У папы забегали глаза, он опустил голову и стал нервно теребить платок, который достал из кармашка.

— Если честно, есть, — потупился он.

— Папа! Неужели это Жорик? — прыгала я на месте, как мячик для фитнеса. — Пап, ну пап! Пожалуйста, пусть это будет Жорка!

— Маргарита! — прикрикнул отец. — Это не имеет значения!

— А он не знает? — села я на пятую точку.

— Уже знает! — Анька вплыла, как королева, под руку с Георгием.

Отец сидел белее мела, мне хотелось стукнуть себя за мой длинный язык.

— И давно знает? — спросила я, поскольку вновь обретённый брательник отреагировал совершенно спокойно.

— С семнадцати лет, но отец знает только полгода, и это не то, что мы должны сейчас обсудить, — Георгий тяжело опустился в шезлонг и и кинул тяжёлый взгляд на отца. — У меня два варианта кто преследует Риту, — глянул с любовью на жену и взял принесённый ею бокал с янтарной жидкостью, которую разлил родитель.

Нам с Анютой достался “Дайкири”, который Анька сварганила в два счёта, достав всё нужное из бара.

— Ну что, брат! Рада, что ты есть! — потянулась к нему бокалом, а как выпила, кинулась в объятья Гоши, так было приятно осознавать, что я не одна!

— А как же я? — обиженно проговорила Аня. — Я же лучше собаки, вернее, Гоши, — заныла она.

— Ань, не говори ерунды! — глянула я на подругу укоризненно. — Ты — это ты, а Жорик — он моё спасение! — горячо рассказывала я. — А вообще, ты что тут делаешь? — спросила подругу.

— Я думала, что ты обрадуешься, а ты… — надула губы Анютка.

— Что ты себе уже надумала? Иди, обниму, что ли! — раскинула я руки для объятий.

— Ты моя хорошая, — подруга потрепала меня по голове. — Я так рада, что наконец-то не нужно скрывать от тебя эту тайну.

— Да, кстати! Почему ты мне не сказала? — шёпотом решила уточнить я.

— Это не моя тайна, — также шёпотом ответила она.

— Ну да ладно, пойдём, поболтаем, — она потянула меня за руку в сторону.

Мы присели за столик около раскидистой пальмы, подальше от шушукавшихся мужчин.

— Рассказывай, что там за проблема с девочкой? — закину ногу на ногу, Нюсик надела на себя маску психолога и, прищурившись, смотрела на меня.

— Я вас познакомлю, и ты всё сама поймёшь, — я была не в том состоянии, чтобы рассказать про Камиллу. Я пребывала в шоке от сегодняшнего дня.

— Хорошо, — очень быстро согласилась она. — Что тебя беспокоит?

Я рассказывала, как приехала в Екатеринбург, как "радушно" встретила меня тётя. В красках рассказала о приёме на работу и как оказалась у Виталия Олегович дома. Про шарахание малышки от любого прикосновения и про торт с бутылкой вина за 114 тысяч долларов. На этом месте Аня заливалась смехом и некультурно похрюкивала. И таки обратила на нас внимание мужчин.