Книга Хозяин серебряного леса, страница 83 – Ната Лакомка

— Он добрый, — сказал Килби, когда я спустилась в кухню. — Я бы тебе за то, что подслушиваешь, уши оторвал.

— Как получилось, что принц Рейв ослеп? — набросилась я на слугу с расспросами. — И почему он говорит, что никто не знает правды? Какой правды? Что произошло?

— Никто не знает, — старик снова поболтал пальцем в ванне. — Их на дракона пошло пятеро. Трое сбежали. Господин Рейв не сбежал, убил дракона, но вернулся уже таким… Был весь в крови, но на нём самом — ни царапинки. Сказал, что его окатило драконьей кровью, попало в глаза. С того времени и начал слепнуть. Через три дня уже ничего не видел.

— Но ты говоришь, их было пятеро? — складывать числа я уже умела. — Трое сбежали, четвёртый — господин Эле… Рейв, а куда делся пятый? Дракон погубил?

— Пятым был Виглаф, оруженосец, — пояснил Килби. — Он сначала убежал, но потом вернулся, чтобы помочь господину Рейву. Только дракон был уже убит, а господин Рейв прикоснулся к Виглафу и превратил его в серебряную статую. Купаться будешь? Или я вычерпываю воду.

От мытья я не отказалась. И когда Килби утопал наверх, разделась и залезла в ванну. Я долго натиралась душистым мылом, долго ополаскивала волосы, а сама думала, думала…

Жизнь принца Рейва оказалась ещё несправедливее, чем жизнь колдуна Элейва.

Человек, которым все восхищаются, про которого рассказывают легенды, складывают песни — он живёт в лесу, в одиночестве, как дикое животное. И это не какой-нибудь простолюдин, а принц! Наследник престола! И где тут справедливость?! Жена ушла к другому, мачеха только и думает, что о своём сыне — но это понятно. И в сказках часто встречаются неверные жёны и злобные мачехи. Но отец? Родной отец! Сегодня он сказал, что больше не приедет повидать сына. Который, между прочим, спас его королевство! Даже обнять побоялся…

К ужину господин Рейв всё-таки появился. За столом мы молчали, и молчание было тягостным и неловким.

На ночь я привязывала колдуна под присмотром Килби.

Помогла снять рубашку и штаны, оставив одну набедренную повязку, затянула узелки на кожаных наручниках, проверила — крепко ли. Потом укрыла одеялом и пожелала спокойной ночи.

Слуга подождал, пока я выйду из спальни колдуна, пока зайду к себе, и лишь потом убрался к себе.

Я долго сидела на кровати, глядя на окно, затянутое морозными узорами. В окно светила луна, и свет её был мертвенно бледным, серебристым.

Значит, это драконья кровь сделала жизнь принца Рейва такой. Чудовище нанесло последний удар герою. А то, что принц Рейв — герой, я не сомневалась. Что бы он там сам ни говорил. Потому что есть зло и есть добро. Дракон, который нападал на мирных жителей — это зло. Человек, который его убил — это воин добра. Спас весь мир, а сам пострадал. А мир отвернулся от него… Это несправедливо. Это ужасно несправедливо.

Лунное пятно чуть передвинулось по полу, и я решительно встала с кровати.

Не зажигая свечи, я вышла в коридор, прислушалась, а потом на носочках пробежала по коридору, приоткрыла дверь в комнату принца Рейва.

До меня донеслось его ровное дыхание.

Спит.

Я зашла в спальню, закрыла дверь изнутри на засов, постаравшись не стукнуть задвижкой, потом подошла к кровати.

Колдун спал точно так же, как в ту, первую ночь. Одеяло опять свалилось, и некому было его подтянуть. Луна освещала красивое мужское тело, освобождённое от мешковатой одежды. В комнате достаточно тепло, Килби протопил камин перед сном, но чуть больше тепла принцу Рейву не помешает.