Книга Я призналась в любви!, страница 6 – Чо Гюми

Но потом произошло кое-что совсем неожиданное. К столу, на котором лежала записка Хани, подошёл второй хулиган класса – Сон Пхиро – и уселся.

«Чего это он сел на место Чабина?» – с тревогой подумала Хани, а Пхиро между тем развернул записку.

«А-а-а! Не-е-ет! Это не твоё! Не смей трогать!» – мысленно завопила Хани.

Она вскочила, чтобы выхватить открытку. В это время Чабин вернулся из уборной и сел перед Пхиро. Хани замерла.

«Как же это? Почему он туда сел?»

Тут она поняла, что ошиблась. Она так перенервничала, что положила записку не на парту Чабина, а на стол Пхиро, сидевшего за ним.

— Отдай! Не смей читать! – Хани пропищала это таким тоненьким голоском, что Пхиро ничего не услышал.

Он поднял записку над головой и закричал:

— Чабин, это тебе! Пак Хани признается тебе в любви!

В шумном классе мгновенно стало тихо. Ребята переводили взгляд с Пхиро на Хани и Чабина. Пхиро кинул открытку на парту Чабина, тот мельком на неё взглянул и убрал в ящик. Кто-то крикнул: «Вау!». Другие ребята захлопали и засвистели.

Совершенно не ожидавшая такого поворота, Хани чувствовала себя страшно неловко. Ребята начали галдеть и смеяться. Кто-то закричал:

— Соглашайся! Соглашайся!

«Как стыдно-то, ужас. И что теперь делать?» – подумала Хани.

Её лицо горело, а ноги дрожали, как будто их запихнули в морозилку. Не выдержав, Юри вскочила и накинулась на Пхиро.

— С какой стати ты лезешь в чужую личную жизнь?

Пхиро тут же ответил:

— Записка лежала на моём столе, разве я не прав, что передал её хозяину?

— А зачем было её читать? – продолжала нападать Юри.

Пхиро скорчил обиженную мину.

— Ну а как я узнаю, кому она адресована, если не прочитаю? Я не мог не посмотреть её полностью, пойми же!

— Можно было хотя бы не кричать!

— А вот это уж моё дело, кричать или нет!

Обстановка накалялась. Юри задыхалась от негодования, Пхиро пытался её перекричать, когда вдруг вошла учительница.

— Пхиро, Юри, что с вами?

В классе захихикали, и кто-то сказал:

— Пак Хани призналась в любви Ли Чабину.

Классная на мгновение растерялась, но быстро собралась и сдержанно сказала:

— Да? Ну что же, поздравляю. Пхиро, Юри, садитесь на места, начинаем классный час.

Кто-то снова выкрикнул:

— Да нет, поздравлять пока не с чем. Чабин ещё не принял решение.

Все зашевелились и начали кричать:

— Отвечай скорей, Чабин!

— Или ты ей откажешь?

В классе снова стало шумно. Хани была готова сквозь землю провалиться. Она хотела закричать, чтобы они замолчали, но это бы выглядело ещё более глупо, поэтому она сдержалась.

И вдруг Чабин, голос которого уже начал ломаться, громко произнёс:

— Что за дурацкие шутки?!

Он обвёл глазами класс и остановил взгляд на Хани. Она сразу поняла, что он невероятно зол. В такие моменты из его глаз словно вылетали молнии – за годы знакомства Хани научилась распознавать все изменения в настроении мальчика. Его взгляд был холодным и острым. Чабин был просто в ярости.

Дети продолжали шуметь, и учительница крикнула, стукнув по столу:

— Ну-ка, тихо! Начинаем классный час.

Ученики наконец успокоились. Хани обессиленно опустила голову. Она просто не могла больше ни о чём думать. Терпеть эту ситуацию было невозможно.

— Ну вот что он натворил, этот Сон Пхиро! – возмущалась Юри.

Совон поддерживала:

— И я про то же. Мог бы просто передать, а он на весь класс… Совсем уже!