Книга Академия Равессар, страница 30 – Ксения Кано

Я открыла глаза.

Дверь зала стояла распахнутой. У порога лежал полукровка, державший её ногой. Теперь он сидел, привалившись к косяку, и прижимал ткань к рассечённой голове.

Человек с разбитым носом находился у противоположной стены. Его рука была выгнута под неестественным углом, а плечом он опирался на обломки скамьи.

Дорвен лежал ближе. Над ним склонился целитель. Когда тот попытался повернуть его, демон захрипел и вцепился здоровой рукой в чужой рукав.

Я двинулась, собираясь отползти.

— Лежать, Вейл.

Ксарен стоял у меня сбоку. Я не слышала, как он вошёл.

— Сила ещё поднимается?

Я попыталась прислушаться к себе и встретила знакомую глухую преграду.

— Не чувствую.

— Жар усиливается?

Браслеты всё ещё жгли кожу, но уже не сжимались.

— Нет.

Он опустился на одно колено и посмотрел на руны, не касаясь металла. Потом поднял голову:

— Эту осмотреть после остановки кровотечения у Дорвена. Не трогать руки, пока артефактор не проверит ограничители.

Я повернула лицо к полу. Возле моей ладони лежала счётная пластина. Цепочка ещё держалась на шее.

На поверхности светилась девятка.

Перевод не завершился.

Но сейчас эта подробность оказалась совершенно неважной.

Я смотрела на Дорвена, пока целитель не заслонил его спиной.

— Он умрёт? — спросила я.

Ксарен проследил за моим взглядом.

— Если не помешаете целителю, скорее всего, нет.

Я замолчала.

* * *

В лечебном крыле пахло горячим металлом и травами.

Меня посадили на край узкой кушетки, положив руки на сложенную ткань. В соседнем помещении работали с Дорвеном. Его спутника внесли следом; даже через закрытую дверь было слышно, как он выругался, когда целитель коснулся сломанной руки.

Иара пришла раньше, чем закончили мой осмотр.

Она отодвинула лампу, чтобы лучше видеть браслеты, и вынула из футляра тонкий инструмент. Я невольно отстранилась.

— Снимать не буду, — сказала она. — Положите руки ровно. Мне нужно проверить оба контура.

Я подчинилась. Под краями металла кожа покраснела и местами начала покрываться волдырями. Пальцы двигались, но каждая попытка согнуть кисть отзывалась глубокой болью.

Ксарен стоял у изножья кушетки.

Иара долго проверяла руны. Один раз вернулась к уже осмотренному участку, изменила положение инструмента и повторила действие.

— Крепления целы, — сказала она наконец. — Основная блокировка восстановилась. Аварийный контур сработал, но весь импульс не удержал.

— Насколько большой прорыв? — спросил Ксарен.

— По следам на артефактах — малая часть общего давления.

Я посмотрела на неё.

В памяти снова возникла разбитая скамья и рука человека у стены.

— Малая?

Иара не отвела глаз.

— Большую часть приняли ограничители.

От этих слов стало холодно, несмотря на горящие предплечья.

Ксарен попросил показать место на браслете, которое её смутило. Они несколько мгновений говорили о наложении контуров и задержке отклика. Я понимала отдельные слова, но не могла удержать объяснение целиком.

Наконец Иара закрыла футляр.

— Без повторного исследования усиливать контур не буду. Если сделать подавление жёстче, следующая реакция может повредить руки. Проверю вас завтра до занятий.

Она обратилась к целителю, объясняя, где нельзя проводить магическое воздействие, а Ксарен подошёл ко мне.

— Что произошло до срыва?

Я рассказала. Не о страхе и своих воспоминаниях. О пластинах, требовании перевода, попытке выйти и захвате у стены.