Книга Жена незнакомца, страница 36 – Анна-Лу Уэзерли

— Надо же, для меня это новости, – максимально спокойно отвечает Бет. – С Лили все прекрасно. Мы с Эваном все ей объяснили, и… она отлично ладит с моим… с Ником, и…

Бет осекается. Почему она вообще оправдывается перед этой сплетницей? Лицо заливает жаром.

— Эван думает, ей надо бы сходить к психологу. Ну, вы понимаете – развод, стресс, все такое. В этом возрасте у деток свои заморочки, кто их поймет? – Женщина лукаво улыбается. – Такая ситуация – всегда испытание. Эван говорит, она стала писаться по ночам и…

— Я не знала, что вы так хорошо знакомы с моим мужем, – перебивает ее Бет. Остальные мамаши отходят в сторону и затевают свой разговор, так что они остаются втроем: Бет, Линда и нахальная незнакомка.

Женщина притворно хихикает, делая вид, будто смутилась.

— Ох, что вы, не так уж и хорошо. – Она громко смеется, и ее хохот разносится по саду. – Не волнуйтесь.

Злость подступает к горлу, и Бет с трудом сглатывает комок.

— Хотя вам и не о чем волноваться, – добавляет хамка с едва заметной насмешкой. – У вас теперь молоденький дружок.

«Молоденький дружок»? Ник младше ее всего на полтора года!

— Иногда мы с Эваном видимся в школе, – продолжает женщина, – а на прошлой неделе вместе водили девочек на ипподром. Моя Имоджен всерьез увлекается верховой ездой.

Да уж, а мать у нее – настоящая стерва. Ипподром? Вместе с этой курицей? Что еще за новости?

Лили всегда обожала лошадей и давно просилась прокатиться верхом. Бет собиралась подождать, пока дочь не подрастет немного, но Эван, похоже, ее опередил. Надо же… Он никогда раньше не играл с Лили: не водил ее в парк, не катал на качелях. А теперь, стоило Бет уйти, вдруг превратился в образцового папашу. Или просто зарабатывает себе очки? Может, она к нему несправедлива. Бет хотела, чтобы Эван проявлял к дочери больше интереса, но теперь рассказы о его «подвигах» вызывают одно лишь раздражение.

Он не сказал, что возил Лили на ипподром, да еще в компании этой ужасной женщины. Более того, сама Лили ни словом не обмолвилась о прогулке. Бет становится обидно; злость и смятение накатывают так внезапно, что на миг она теряет лицо.

Женщина напротив преувеличенно ахает:

— Ой! Лили вам не сказала?

— Сказала, – врет Бет. – Мельком.

Ей, кажется, не верят. Бет никогда не умела лгать.

— Мы так здорово провели время! Лили – прирожденная наездница, будто родилась в седле. Даже когда упала, тут же вскочила и снова полезла обратно.

«Что значит – упала?» – готова заорать Бет. Теперь ясно, откуда взялся синяк у нее на бедре… Но почему Лили ничего не сказала? Почему соврала? И почему Эван промолчал?

— Она всегда любила лошадей, – сдавленно говорит Бет. Ей мучительно больно от того, что она не видела, как дочь впервые садится в седло, – эта мерзкая женщина лишила ее такой возможности. Да и Эван ничем не лучше.

— Потом мы устроили небольшой пикник. Надо же, как жаль… – Женщина будто специально обрывает себя на полуслове.

— В чем дело? – Бет хочется послать ее к чертям, но разговор затягивает, как и задумано этой ехидной тварью.

— Что ваш брак столь неожиданно распался. У вас такой милый супруг. Он обожает Лили – и вас, кстати, тоже… Эван говорил, что любил вас больше жизни и чуть не умер от горя, когда вы ушли…

— Налью-ка я себе вина, – перебивает ее Линда, поспешно отходя в сторону. – Кто-нибудь еще будет? – Она уходит, не дождавшись ответа.