Книга Убойный отдел, страница 102 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Коэффициент «плюс семь тысяч девятьсот». Вы уверены, мистер?

— Уверен, — кивнул я.

— Плюс семь тысяч девятьсот⁈ — громким голосом спросила Сара. — Плюс семь тысяч девятьсот? Майк, ты ставишь на восемьдесят к одному?

— Да, — кивнул я. — Не мешай, пожалуйста.

Клерк хмыкнул, взял конверт, после чего улыбнулся вежливой профессиональной улыбкой и пересчитал деньги. Потом взял мои водительские права и переписал данные, после чего выдал мне квитанцию.

Ник подошел следующим. Я убрал квитанцию в карман, чувствуя, как колотится сердце. Восемьдесят к одному. Это значит, что если все пройдет так же, как в истории, которую я знаю, то я заработаю… миллион шестьсот тысяч долларов. Это просто безумные деньги, что в моей прошлой жизни, что в нынешней. В нынешнее время так это еще больше.

— Майк, шансов нет! — проговорила Сара. — Восемьдесят к одному — это значит, что шансов нет, ты понимаешь?

— На самом деле я бы тебе тоже советовал поставить, — сказал я.

— Ну уж нет! — она решительно покачала головой.

— Пойдем, не будем мешать остальным, — я попытался взять ее за локоть, но она вырвалась и двинулась на улицу сама. И хорошо — на нас уже косились.

Мы вышли, я вдохнул местного воздуха — он был сухой и сильно отличался от калифорнийского, хотя в машине этого не чувствовалось, все-таки мы ехали с кондиционером. Она посмотрела на меня и сказала:

— Майк, я не понимаю этого. Совсем не понимаю. Если тебе так хочется адреналина, то поставил бы сотку или две — этого уже достаточно. Но двадцать тысяч на явного аутсайдера…

— Он победит, Сара, — спокойно ответил я. — Он точно победит — я это знаю.

— Откуда? — спросила она. — Тайсон непобедим, он вообще всех вырубает. И букмекеры сами считают, что у твоего Дугласа почти нет шансов, иначе не принимали бы такие ставки. Ты что, ясновидящий? Или у тебя есть инсайдерская информация о состоянии здоровья Тайсона? Ты знаком с его тренером?

— Нет, — ответил я. — Я просто это знаю.

Ну не мог же я сказать ей, что я из будущего, что знаю, как пройдет этот бой, и что не раз смотрел его на кассетах. Более того, я переживал за Тайсона, потому что он был моим кумиром и самым любимым боксером. И злился.

А теперь собирался выиграть на его провале большие деньги. И это меня нервировало. Но только вот, если он все равно проиграет, глупо упускать шанс заработать.

Ник вышел из букмекерской, после чего мы двинулись к машине. Я открыл дверь, сиденье уже было опущено, и Сара забралась на заднее, после чего сложила руки на груди. Я поднял сиденье, сел, Касселс занял место за рулем.

Он вытащил квитанцию и посмотрел на нее. Потом на меня.

— Надеюсь, это сработает, — проговорил он.

— В прошлый раз сработало, — напомнил я ему.

— Вы и до этого ставили? — спросила Сара. — Вы что, лудоманы?

— Нет, — я покачал головой. — И мы не ставим просто так. Только на верные дела.

Сам подумал, что, наверное, именно так лудоманы и думают. «Верняк», «ставка точно зайдет» и тому подобное. Да уж, это всегда звучит неубедительно.

— Мы выиграли в тот раз, — проговорил Ник.

— А в этот раз шансов нет, — сказала Сара. — Вы идиоты, парни. Господи, я связалась с конченым идиотом…

— Поехали в мотель, — проговорил я.

Ник завел двигатель, тронулся с места, потом развернул машину. Какое-то время мы просто ехали по улице в поисках мотеля, в котором есть свободные места — они тут писались прямо на вывесках неоновых, хотя от центра города пришлось отъехать достаточно далеко. Нашли, припарковались на стоянке и двинулись ко входу.