Книга Пустая ловушка, страница 197 – Джон Данн Макдональд

В угнанном «бьюике», движущемся на восток, сидел испуганный, но трезвый чернокожий мальчишка. Он вел машину в крайне консервативной манере, придерживаясь разрешенного скоростного режима. Ему было четырнадцать, а его спутникам, сидевшим на заднем сиденье, восемь и девять. Они возились и орали как ненормальные. Ему никак не удавалось заставить их заткнуться. Указатель топлива остановился на отметке «пустой бак». Мальчишка смутно представлял себе, где они находятся и что делать, когда бензина не останется совсем.

— Заткнитесь там! — постоянно одергивал он своих пассажиров.

Единственным его желанием было съехать на обочину, выскочить из машины и убежать.

В «рэмблере», стремящемся на север, спала новобрачная с трехнедельным стажем семейной жизни. Ее голова лежала на плече молодого супруга. Сидя за рулем, он неторопливо и во всех деталях перебирал в уме подробности медового месяца. Вспоминал ночной пляж неподалеку от их коттеджа и потоки нереально-белого лунного света, набегающие волны, в свете луны похожие на тысячи хрустальных канделябров, ее волосы, рассыпавшиеся по пепельному песку темной дымкой, грудь, облитую серебром.

В самом начале двенадцатого пьяный электрик, свернувший на запад по 82-му шоссе на своем дряхлом «плимуте», в котором он сидел, зажав между коленями бутылку с остатками бурбона, совершил свою последнюю ошибку. Он намеревался свернуть на 71-е и двинуться на север, в сторону Уолтербурга, где находился его опустевший дом. Жена ушла от него около месяца назад, прихватив с собой детей. Джеймс Артур Такерман, ослепленный фарами, не вписался в поворот. Он громко выругался и нажал на тормоз. «Плимут», оскорбленный таким обращением, издал пронзительный визг. Джеймс Артур Такерман развернулся в той части кленового листа, которая предназначалась для потока, сворачивающего с 71-го на 82-е шоссе в западном направлении. Это был участок с односторонним движением, и Такерман оказался на встречной полосе.

Выскочив на полосу северного направления, он двинулся по ней на юг, краем глаза заметив указатель одностороннего движения. «Движение во встречном направлении запрещено».

— То запрещено, это запрещено. Чертовщина!

С каждой стороны разделительной линии проходило по три полосы движения. Джеймс Артур Такерман свернул точнехонько на ту, по которой надвигались фары трех автомобилей. Один грузовик обгонял другой, и одновременно легковая машина вышла на обгон обоих грузовиков. Он услышал пронзительный рев сигнала, и в следующую секунду по асфальту завизжали шины.

— Черт! — воскликнул Джеймс Артур Такерман, бросаясь в сторону разделительной полосы. Автомобиль врезался в отбойник и взмыл вверх, перевернувшись в воздухе. По счастью, полоса, сворачивающая на север, оказалась пустой. «Плимут» грохнулся на бок и выплюнул из своего нутра Джеймса Артура Такермана, силуэт которого четко обозначился на фоне неоновых огней. «Плимут» еще дважды перевернулся вокруг своей оси и трижды перекатился с боку на бок, обдирая траву с засеянной газоном террасы перед входом в «Мотор-отель», после чего остановился на критическом расстоянии от вывески, стоимость которой обошлась в тридцать пять сотен долларов. Джеймс Артур Такерман нашел свое вечное успокоение на бетонной обочине шоссе, напоследок совершенно лишившись лица и разбросав ноги под неестественным углом. К нему со всех сторон бежали люди.