Книга Пустая ловушка, страница 22 – Джон Данн Макдональд

— Нет. А что-то такое есть?

— Должно быть, раз она так себя ведет. Господи, Нэнси ведь знает, что это за город. Они теперь еще неделю будут чесать языками. Пожалуй, надо мне поехать домой. Подождите минутку, мы ведь все приехали в вашей машине... Ну что же, я могу поймать такси.

— Насколько я ее понял, ей больше пришлось бы по душе, если бы вы остались, Додд. Она сказала, что не хочет портить вам вечер.

— Больше, чем она уже это сделала... — Он допил то, что у него оставалось, протянул руку, поставил пустой бокал на стойку. — А что, пожалуй, я здесь еще потусуюсь. Купить вам выпивку, Клинт?

— Не сейчас, спасибо.

Он положил руку на мое плечо и пару раз надавил. Но я родился с кошачьим отвращением к подобным нелепым жестам — едва выношу их, надеясь, что выражение лица не выдает моего неудовольствия. Кроме того, было что-то вымученное в том, как он это сделал. Додд пристально посмотрел на меня:

— Клинт, мне все не представлялось случая сказать вам, как много для меня значило приехать сюда и найти такого человека, как вы, который помогал бы тащить весь этот воз. Я серьезно.

— Ну что же, спасибо, Додд.

— Вы знаете, на кого иной раз можно нарваться в этой конторе. На политикана. На угодливого двурушника. Черт возьми, я знаю, чем вы дышите. — Он снял ладонь с моего плеча, сложил ее в кулак и слегка стукнул меня в руку. — Мы оба кое-чего достигнем в этой конторе, дружище.

Я сказал ему, что надеюсь на это, и понаблюдал за его широкой спиной, пока он уходил туда, где веселились. Было очевидно, что Додд в достаточной степени наделен квазиженской проницательностью, чтобы почуять, что Нэнси в некотором роде обрела союзника. А кого еще она могла приобрести в моем лице? Он хотел вылить немного воды на пламя. Однако, решив, что из этого ничего не получится, зажег встречный огонь. Я не могу сказать, что это не достигло своей цели — сладкие речи босса всегда приятны. А он был почти чудесным парнем.

Между одиннадцатью и двенадцатью веселье начало выдыхаться. Каждый раз, когда я видел Мэри, она была с Доддом. Мной занялась молодая девица, гордящаяся своей недавней эскападой, из-за которой ее вышвырнули из «Сладкого вереска», и подорвала мой моральный дух частыми упоминаниями о том, до чего же ей по душе «мужчины постарше».

Она выманила меня в темноту не то чтобы уж совсем против моей воли. Но когда я решился ее поцеловать, безвольно повисла на мне бескостным, шумно дышащим пугалом с широко разинутым ртом. Понятия не имею, как могла появиться такая мода у молодого поколения. Возможно, они думают, что это создает настроение нежной капитуляции. Вы тянетесь к твердому лакомому кусочку с косточками, а он расплывается в околопочечный жир. Я отстранил ее и выбрался обратно на яркий свет.

Чуть позже отправился прогуляться, на сей раз в одиночестве. Облака поредели, луна выглядывала через их рваные края. По темным аллеям разносилась музыка. Я нащупал пустую сигаретную пачку, но вспомнил, что в бардачке машины лежит полблока. Прошел по траве к стоянке. А подойдя к автомобилю, вдруг услышал голос Мэри Олан. Она сидела в моем «мерседесе» и язвительно говорила:

— Дорогой, ты не в том положении, когда тебе достаточно лишь свистнуть, чтобы я появилась. Так что не возьму твоего ключа. Когда туда вернусь — если вообще когда-нибудь вернусь, — это ты будешь как миленький дожидаться меня там, а не я тебя. Это тебе не Бэк-стрит, дорогуша.