Книга Дневник мертвых бывших, страница 7 – Эмма Шиммерман

Я не могу прекратить смеяться даже для того, чтобы ответить. Анника смотрит на Дани.

— Как думаешь?

Дани пожимает плечами:

— Откуда мне знать?

— Ты учишься на медсестру, – говорит в ответ Анника.

Когда мой смех утихает, я стираю навернувшиеся слезы и залпом выпиваю остатки своего напитка, из-за чего у меня горло перехватывает от холода.

Дани наклоняется ко мне, утешительно положив руку мне на спину.

— Ты в порядке?

Я отмахиваюсь от них.

— Все хорошо.

— Ты уверена? – спрашивает неубежденная Анника. – Если ты не в состоянии снова пойти тусоваться этим вечером, мы можем просто зависнуть у нас на квартире и посмотреть кино или типа того.

Наша квартира, то есть ее и Дани, больше не моя. Опять-таки одним из условий того, что мне позволили вернуться, было то, что я съехала из нашей общей квартиры и поселилась с «обществом получше», как выразилась моя мать.

— Ребят, правда, все хорошо. Это наш последний «Приветственный уик-энд» – мы не будем сидеть дома. – Я заставляю себя улыбнуться, но мне ясно, что их это не убеждает.

Анника подает сигнал официанту, чтобы он повторил заказ, прежде чем повернуться обратно ко мне:

— Твоя мама знает, что ты тусуешься в эти выходные?

Дани добавляет:

— Надеюсь, нет. Я не хочу, чтобы она ненавидела нас еще пуще прежнего.

— О'кей, во-первых, она не ненавидит вас двоих. Во-вторых, мне двадцать один год. Я могу делать все, что захочу.

— Кроме как спать с женатым профессором и получить обвинение в управлении автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, – острит Анника. Дани зыркает на нее. – Что? Слишком рано?

Перед нами ставят еще три громадные «Маргариты», и каждая из нас берет по бокалу. Я игнорирую несмешную шутку Анники.

— Это ошибки прошлого года. Это новый год, новая я. – Я поднимаю свой бокал. – За то, что мы стали старшекурсницами.

Наша троица идет по Колледж-стрит, когда над кампусом начинает садиться солнце. Я плетусь позади них двоих, опьяневшая от нашего обеда во «Фреско» и мыслей о Джоне. Длинную дорогу окаймляют деревья, все еще зеленые после лета, и дома, нуждающиеся в срочном ремонте. Полустертые греческие буквы запечатлены на террасах с гирляндами, хаотично свисающими с балконов, а вокруг ковыляют группы первокурсников с большими рюкзаками, которые провисают после того, как этим утром они наверняка были заполнены теплыми банками и бутылками пива. На каждом дворе всюду разбросаны красные стаканчики и пустые банки из-под сельтерской воды, в то время как дневная гульба продолжается до поздней ночи.

— Знаете, я буду скучать по этому месту в следующем году, – говорит Дани, прежде чем подколоть свои короткие русые волосы заколкой-крабом.

Как по команде, мимо нас по пешеходной дорожке пробегает босой полуголый мужик с пивной коробкой на голове, чуть не врезавшись в Аннику.

— Ты уверена? – Анника уходит с дороги, ее лицо перекошено от отвращения.

Дани смеется:

— Я просто не могу поверить, что это последняя первая предварительная пьянка с парнями в этом году. Думаю, по ним я буду скучать больше всего.

— Ну спасибочки, – говорит Анника.

Парни – Чарли, Сэм, Джейк, Эшер и Уэсли – были нашими друзьями с первого курса. Анника ходила в частную среднюю школу с Уэсли и Эшером в шикарном городке неподалеку от Бостона, и мы быстро присоединились к их группе.