Книга Летние костры, страница 15 – Юлия Лесная

— Чудесно, Инна. У тебя такой счастливый голос, — ответила мне Лена. — Переезд помог?

— Да, Лена, спасибо тебе за эту идею. Я и правда, наполняюсь силой и стараюсь радоваться каждому дню. Жду вас в пятницу, подружка.

Я завела крайслер и прокатилась по магазинам, набрала продуктов для праздничного ужина и недостающие хозяйственные товары.

Всё вокруг было свежим, раннее лето звенело в воздухе и хотелось петь, танцевать и делать безумные вещи.

Я поставила старый диск, в моей машине была замечательная магнитола, которая позволяла подключить флешку, мобильник или старые диски.

«Я мог бы выпить море, я мог бы стать другим, вечно молодым, вечно пьяным» — полилось из динамика. Я хотела перелистнуть, потому что эмоции захлестнули меня с головой. Это была та самая песня, под которую мы впервые занимались сексом с Егором, когда только познакомились, прям в этой самой машине. Нас познакомил мой друг Димка, он учился с Егором в одной школе и неожиданно встретил его в ночном клубе, куда я привезла его и ещё несколько наших друзей, в тот день была трезвым водителем. Он влился в нашу компанию, холодный, сдержанный, парень-загадка. Мне не нужно было пить, чтобы отдаваться музыке, поэтому я не сидела за столом, а зажигала на танцполе. Наверное, мы были последним поколением, которое до раннего утра танцевали в клубах до исступления. Ближе к середине ночи диджей дал нам отдых и поставил медленные композиции, я с пересохшим горлом, пробиралась к столу, очень хотелось пить. Но меня поймала чья-то рука — я обернулась. Егор пристально рассматривал меня, в его второй ладони лежала бутылка минералки.

— Потанцуем? — наклонился он ко мне.

— Если ты дашь мне глоточек, — указала я на бутылку, — горло пересохло.

Он кивнул и притянул меня к себе. Открыл бутылку и вместо того, чтобы дать ее мне, сделал глоток, а потом наклонился к моим губам и пролил его в мой рот. Мое сердцебиение ускорилось в тысячу раз, возможно, у меня началась тахикардия. Этот жест и его властный взгляд напомнили мне единственного человека, которого я любила. Я застыла, глотая солёную ледяную воду с его губ, потому что он повторял так снова и снова, придерживая меня некрепко, но уверенно. Так он давал понять, что я могу уйти, но я не уходила, послушно пила воду с его губ, воспоминания острой болью затопили меня. Егор, наконец, обнял меня двумя руками и поцеловал, нежно, мягко, почти холодно, будто не сгорал от страсти, а проводил исследование. Это разозлило меня, и я укусила его за язык. Он отшатнулся, а потом схватил меня за шею. И прижался снова, разжигая неведомое пламя, глубоко проникая в мой рот, не давая ни глотка воздуха. Я возгорелась моментально, обняла его отдаваясь импульсу, все происходящее вокруг отошло на второй план. Мы тяжело дышали в душной толпе, наши тела были раскалёнными. Он оторвался от меня и спросил:

— Где ты припарковалась?

И мы побежали к моей машине. Я купила старенький крайслер потому что он выглядел круто и был дешёвый, я могла позволить себе быстро закрыть кредит. Меня взяли на работу в новую частную клинику, и платили неожиданно хорошо. Я уже жила в нашей старенькой квартире возле вокзала, и обеспечивала сама себя. Мечта о своей машине реализовалась быстрее, чем я могла представить — и теперь я могла мотаться к бабушке в любое время, когда захочу. Мы прошли за угол темной парковки, Крайслер стоял именно так как надо, в закутке, укрытом чернильной темнотой. Задние окна были затонированы, это сделал еще предыдущий владелец.