Книга Босс напрокат для строптивой пышки, страница 15 – Лея Фрост

— Куда мы едем? — спросила я, пристёгиваясь.

— В одно место. Доверьтесь мне.

Я хотела сказать, что доверять ему — последнее, что я должна делать. Но не сказала. Потому что, когда он смотрел на меня вот так — с этой лёгкой улыбкой и ямочками на щеках, — хотелось довериться. Хотелось забыть обо всех «нельзя» и «неправильно».

Машина мягко тронулась с места и влилась в вечерний поток. За окном проплывали огни Москвы — яркие витрины, спешащие прохожие, первые звёзды в темнеющем небе. В салоне играла тихая музыка — что-то джазовое, с чувственным женским вокалом.

— Вы нервничаете, — сказал он вдруг.

— Нет.

— Пальцы. Вы крутите кольцо на пальце.

Я опустила взгляд. Действительно — я вертела своё серебряное колечко, которое носила ещё с института. Привычка. Плохая привычка, которая появлялась всегда, когда я волновалась.

— Просто... я никогда не была в таких машинах, — призналась я. — И в таких местах, куда вы меня везёте, наверное, тоже.

— Почему вы так думаете?

— Потому что вы — это вы. А я...

— А вы — талантливый дизайнер, который стоит больше, чем половина моих сотрудников вместе взятых, — перебил он. — И если вы сейчас скажете что-то самоуничижительное, я обижусь.

Я закрыла рот.

— Вот так-то лучше, — удовлетворённо кивнул он.

Через полчаса мы остановились у неприметной двери в центре города. Никакой вывески, только номер дома и узкое окно с приглушённым светом. Я удивлённо посмотрела на Марка.

— Это что?

— Ателье, — он заглушил мотор. — Моя знакомая. Шьёт для тех, кто не хочет афишировать свои походы по бутикам.

— Для звёзд?

— Для тех, кто ценит индивидуальность.

Мы вышли из машины, и он нажал кнопку звонка. Дверь открылась почти сразу — на пороге стояла женщина лет сорока с ярко-рыжими волосами и таким количеством колец в ушах, что я невольно засмотрелась.

— Марк! — она расцеловала его в обе щеки. — Сто лет тебя не видела! И ты привёл девушку! — она окинула меня цепким взглядом, и я внутренне сжалась. — Интересно. Очень интересно.

— Рита, это Варя. Варя — это Рита. Она гений.

— Ох, перестань, — отмахнулась Рита, но было видно, что комплимент ей приятен. — Заходите. Я как раз закончила с предыдущей клиенткой.

Мы вошли внутрь. Это было не ателье в привычном понимании, а скорее художественная мастерская: повсюду манекены, отрезы тканей, эскизы на стенах, булавки в подушечках. И запах — смесь духов, шёлка и чего-то неуловимо творческого.

— Итак, — Рита упёрла руки в бока, — что мы хотим?

— Платье для свадьбы, — сказал Марк. — Для Варвары. Что-то, что подчеркнёт... — он замялся, подбирая слово.

— Её формы? — подсказала Рита без тени смущения.

— Её красоту, — закончил он.

Я покраснела. Опять. Чёртова привычка.

— Так, — Рита подошла ко мне и начала обходить по кругу, как скульптор, оценивающий глыбу мрамора. — Рыжие волосы — это плюс. Кожа светлая, веснушки — это изюминка. Фигура... — она остановилась. — Девочка моя, почему ты это прячешь?

— Я не прячу, — пробормотала я.

— Прячешь. Этот балахон, — она брезгливо тронула рукав моего кардигана, — это преступление. У тебя грудь, талия, бёдра — всё есть. Ты как рубенсовская женщина, которую замотали в мешковину.

Я не знала, куда деваться. С одной стороны, было приятно, что меня сравнивают с Рубенсом, а не с проблемным случаем. С другой — я чувствовала себя экспонатом на выставке.