Книга Жена, которую захотели все, страница 61 – Злата Нова

Виктор молчал. Впервые за всё это время по-настоящему молчал, а не выдерживал паузу ради эффекта. Анна увидела, что её слова попали точно туда, где у него всегда было самое уязвимое место: в уверенность, что он умеет держать всё под контролем.

— Ты переоцениваешь свою власть, — сказал он наконец.

— Нет, — спокойно ответила она. — Это ты переоценил старую версию меня.

Она подошла к нему ближе сама. На расстояние, где уже можно было уловить запах его кожи, тепла, раздражения, слишком живого мужского напряжения. И именно здесь, почти вплотную, Анна впервые за долгое время почувствовала, насколько сильно поменялась не только снаружи, но и внутри. Раньше рядом с Виктором она горела от его силы. Сейчас — ещё и от своей собственной.

— Ты хочешь, чтобы я выбрала тебя? — тихо спросила она. — Тогда будь тем мужчиной, которого я сама захочу выбрать. А не тем, кто суёт мне в руки ультиматум, как начальник выговор.

Виктор резко отвёл взгляд, будто на секунду ему действительно стало трудно выдерживать её лицо.

— Ты не понимаешь, как меня бесит этот мальчишка, — сказал он глухо. — И как меня выворачивает от одной мысли, что Лёша пишет тебе свои пошлости, пока ты сидишь напротив меня и делаешь вид, что не наслаждаешься этим.

Анна усмехнулась одними губами.

— Я и не делаю такого вида.

Он снова посмотрел на неё. Теперь уже прямо. И в этом взгляде было всё то, что когда-то сводило её с ума — тьма, холод, голод, взрослое мужское упрямство. Но сегодня этого было недостаточно, чтобы её сломать. Только чтобы ещё сильнее разжечь.

— Значит, тебе нравится, — сказал Виктор.

— Да, — ответила она без паузы. — Мне нравится, что вы ревнуете. Нравится, что вам больше не удаётся относиться ко мне как к понятной женщине. Нравится, что вы все трое внезапно поняли: я не ваша функция, не ваше приложение к желанию, а человек, который может захотеть слишком многого и не извиниться за это.

Он резко провёл ладонью по затылку, как будто её слова уже не просто злили, а действительно выбивали почву.

— А муж? — спросил он. — Ты тоже так же спокойно объясняешь это мужу?

— Гораздо спокойнее, чем тебе.

Эта фраза добила его окончательно. Виктор подошёл ещё ближе, взял её за локоть, но не грубо, а так, будто сам до конца не понимает, хочет удержать или просто почувствовать, что она всё ещё материальна.

— Ты нарочно меня доводишь, — сказал он.

Анна не вырвалась. Просто посмотрела ему в глаза.

— Нет. Я просто больше не уменьшаюсь, чтобы тебе было удобно.

Они стояли так несколько секунд. Слишком близко. Слишком тихо. За окном догорал вечер, в кабинете пахло бумагой, его парфюмом и этим почти электрическим напряжением, которое всегда возникало между ними перед взрывом. Только теперь взрыв был не сексуальным. Или не только сексуальным. Это был срыв старой иерархии.

— И что теперь? — спросил Виктор.

Анна медленно освободила руку из его пальцев.

— Теперь ты выбираешь. Либо ты встречаешься со мной такой, какая я есть. Со всей моей сложностью, с моей свободой, с моей наглостью, с моими другими мужчинами и с тем, что я больше не буду спрашивать разрешения. Либо ты уходишь. Но решать будешь не за меня. Только за себя.

Эти слова прозвучали так ровно, что она сама внутренне удивилась. Раньше за такую прямоту ей обязательно пришлось бы расплачиваться дрожью, слезами, сомнением. Сейчас ничего этого не было. Только очень ясное чувство, что если она уступит сейчас, то предаст не Виктора и не игру между ними, а саму себя.