Книга Райан. Гром среди ясного неба, страница 68 – Камеллия Т. Джонсон

Мелисса хотела позаботиться обо мне, так как считала себя виноватой во всем произошедшем. Считая это странным, я тем не менее согласилась и позвонила родителям, которые собирались снова уехать.

В этот раз они позвали меня с собой на выставку скульптур. Папа обещал, что будет круто, но я снова соврала. Сказала, что в школе задали слишком много домашней работы и я не успею сдать все в срок, если не засяду за нее тем же вечером. А девочкам из волонтерского кружка я написала, что на выходных еду отдыхать с родителями.

Я очень рисковала попасться на вранье. Мама и папа больше не поверят мне, если разоблачат. Но я считала нашу миссию более важной, чем рассматривание скульптур.

Думая, что они наверняка уже собрались, я позвонила матери.

— Привет, ребенок, – ответили на том конце.

— Привет, мам. У вас все в порядке? Планы не изменились?

— Да, все отлично. Планы не изменились. А ты еще не передумала?

Я знала, врать родителям нехорошо, но это был единственный способ помочь Мелиссе в ее расследовании.

— Мам, я ничего не успею, если поеду с вами. Не волнуйся за меня, я позову Лиссу с ночевкой. Мы будем паиньками.

— Кстати, об этом, Сэм, – неловко протянула мама. – Мы с отцом решили, что Мелисса слишком безответственна и точно втянет тебя в неприятности. Поэтому ради нашего спокойствия Эван снова позвал к нам Райса. Он присмотрит за тобой, малыш. Эван, конечно, не жалует твоего кузена, но мы так давно хотели на эту выставку… – И мама затараторила уже о выставке скульптур, затем о театре, который они с отцом выбрали как место, где они отметят годовщину их знакомства. Всегда так происходило, если ей что-то нравилось. Она могла говорить часами, скинув маску суровости. И вот сегодня вновь наступил этот фееричный момент.

— Буэ, – припечатала я. – Если вы так на годовщину знакомства стараетесь, что же приготовите друг другу на годовщину свадьбы? А еще впереди годовщина свадьбы, годовщина первого поцелуя, годовщина первого сек…

— Сэм! – строго одернула мама, напомнив, что я немного забылась. Затем, видимо сообразив, что была слишком резка, извинилась и продолжила в своей привычной манере: – Мы правда виноваты с Эваном, что не сказали тебе заранее, это было не очень ответственно с нашей стороны. И мне жаль, что тебя не будет с нами. Но попрошу, не переходи грани, дочь.

В душе ликуя, что удалось провести родителей, я фальшиво вздохнула:

— Мне тоже жаль, мам. Эти задания, куча задач в газете, а еще роль в театральном… – И нет, я не сказала ей, что ушла из театрального кружка в другой. – Я точно свихнусь. Но вам желаю хорошенько отдохнуть.

— И я тебе желаю, милая, чтобы ты не перетрудилась.

В удивлении я замерла: мама никогда не отличалась особой нежностью, и ласковые слова от нее редко услышишь.

Пока я говорила по телефону, Мелисса набирала нам продукты в корзину, переходя от одного стеллажа к другому.

— Привет, – подошел ко мне незнакомый парень. – Как дела?

Он встал рядом, словно тоже кого-то ждал, и вальяжно прислонился к стеклянной стене. Только смотрелось это нелепо.

Я решила, что это знак и мне пора искать подругу.

— Ты же школьница, да? И наверняка увлекаешься графическими романами.

* * *

В «Дюк Лой» произошла неожиданная встреча. Когда я метнулась на поиски подруги, осматривая ряды, то случайно наткнулась на Суона и Пирса. И конечно, в спешке поскользнулась на мокрой плитке и упала перед ними на колени.