Книга Афера генерала Фераро, страница 24 – Майя Фар

Впору было начинать повторять про себя своё же правило: нельзя, нельзя, нельзя верить драконам.

Неожиданно генерал повернул голову и через весь зал посмотрел прямо на меня. Как будто знал, что я пришла и сижу любуюсь им.

Заметив, что я смотрю прямо на него он медленно, одними уголками губ, улыбнулся.

Моё правило раз за разом выдавало ошибку, превращаясь из аксиомы в гипотезу.

Потом всё кончилось. Франсуа Кротье увели.

Когда он проходил мимо первых рядов, случилась небольшая заминка. Молодая женщина вдруг вскочила с места и бросилась к нему. Охрана дёрнулась, но то ли не успела, то ли не захотела вмешиваться.

Она обхватила его за шею.

— Я люблю тебя, — почти стон, тихо-тихо, но мне показалось, что услышали все.

Франсуа закрыл глаза всего на мгновение, плечи его дёрнулись, как будто бы он хотел её обнять или дотронуться до неё, но связанные за спиной руки не позволили ему это сделать.

— Живи, — сказал он.

Какой-то пожилой мужчина, видимо, отец мягко, но настойчиво отвёл девушку в сторону.

В глазах у меня защипало, а в горле появился ком. Но приговор был таков, что его нельзя было обжаловать.

Я дождалась Фераро в опустевшем коридоре. Увидев меня, он устало улыбнулся, и это тоже было искренне.

— Поедемте ужинать, — сказал Фераро, натягивая перчатки.

Моя сумасшедшая версия, что вором может оказаться генерал только что почти обрушилась, если бы не одно.

Когда судья зачитывал приговор, все смотрели на обвиняемого, а я смотрела на генерала. Так вот он вздрогнул, когда в приговоре прозвучало слово «навсегда».

И именно поэтому я подала ему руку и кивнула: поехали.

И мне очень хотелось верить, что я согласилась именно потому, что всё ещё занималась расследованием.

Очень хотелось.

На этот раз квартира Фераро не была похожа на уютный склеп.

Что-то в ней неуловимо изменилось, я поняла это, едва переступив порог. Изменился запах. Раньше здесь пахло женскими духами, казалось, будто она вышла всего минуту назад и вот-вот вернётся.

В гостиной перемена ощущалась сильнее всего. Исчезло ощущение того, что в этой квартире живёт женщина. Все мелочи, которые бросились мне в глаза в прошлый раз, пропали. Теперь здесь была лаконичная мужская мебель, скучный цвет стен, и ничего лишнего. Диван, два кресла, посередине стол, который одновременно разделял гостиную и кухню. Всё строго, современно, и функционально.

Я стояла, озираясь в удивлении:

— Как вы успели всё это?

Фераро пожал плечами:

— Ничего сложного, вызвал команду магдизайнеров и вот. Вам нравится?

— Я ещё не поняла, — ответила я, устраиваясь на диване, подавив желание сбросить с ног туфли.

Фераро откуда-то подкатил небольшой столик, на который поставил два бокала.

— Какое вы предпочитаете — красное или белое? — спросил он, улыбнувшись. И улыбка у него была искренняя.

Несмотря на жаркую погоду — а здесь, в южном регионе, было по-настоящему жарко, — я всё же сказала:

— Красное.

Мне нравился вкус местного красного вина. В этом мире оно было очень похоже на вино моего мира, вот только ягоды, из которых его получали, выглядели по-другому. Но вкус был удивительно похож. А вот аромат… аромат был глубже и богаче.

Говорили, что красное вино здесь делают из ягод, что растут в горах, где ночью холодно, а днём печёт солнце. Из-за этих перепадов и появлялся столь необычный и богатый вкус.