Книга Афера генерала Фераро, страница 90 – Майя Фар

— Вряд ли мы его увидим, — добавил Гарри.

И я тоже не стала сдерживаться. Слёзы полились сами.

Но вместе с ними внутри вдруг возникла решимость.

Мне нужно туда. Я должна попасть внутрь храма.

— Гарри, я должна попасть в храм. Как это сделать?

— Госпожа Ставицкая, никак. Супремы запретили кому-либо приближаться к храму вообще.

Тогда я кинулась к отцу Ранделлу. Он стоял немного в стороне.

— Отец Ранделл, я должна попасть в храм. Альберт не может погибнуть. Это не его… не его вина.

— Супремы запретили всем входить в храм.

— Но ведь у вас же есть возможность, — взмолилась я. — Наверняка есть какой-то способ пройти в храм так, чтобы никто не заметил.

Какое-то время он смотрел на меня, и мне уже показалось, что он готов согласиться.

И вдруг небо осветилось белым.

Отец Ранделл вздрогнул.

— Узор… Началось.

И, взглянув на меня, сказал:

— Поздно.

Я посмотрела вокруг. Оказалось, что весь храм охватило белое сияние. Узор над нами зажёгся ослепляющим белым светом и пришёл в движение.

Все, кто находился на площади перед храмом, включая супремов, замерли и посмотрели в небо.

И вдруг стало казаться, что линии Узора начали исчезать.

Раздался крик:

— Смотрите! Он гаснет! Гаснет!

Но это продолжалось всего несколько мгновений.

И вдруг среди белых линий узора стали появляться цветные прожилки. Сначала маленькие, едва заметные, а потом они начали переплетаться в причудливую вязь.

И в этот момент двери храма распахнулись.

Поскольку никто не смотрел на меня, я пролезла под ограждением и побежала к храму. Я забежала в него первой.

И увидела, что в самом центре храма, на недосягаемой высоте, висит Венец. Не просто висит — он крутится. И из него тянутся нити: белые, красные, зелёные, разные.

И больше в храме никого не было.

— Альберт! Альберт! Генерал! Фераро!

Я кричала, металась по храму, заглядывала в какие-то закутки, распахивала двери. Его не было нигде.

Я даже забежала в тот тайный кабинет отца Ранделла, поднявшись по винтовой лестнице. Но и он был пуст.

Я спустилась вниз. В храм уже вошли боевики инквизиции. Вместе с ними несколько инквизиторов в серой форме с металлическим отливом. Я отметила, что, наверное, это и были те самые артефакторы, которых мы вызывали из столицы.

И чей-то голос сказал:

— Забирайте Венец. Ритуал завершён.

Я замерла и с ужасом смотрела на то, как они что-то накинули на Венец, и он начал медленно опускаться вниз.

Кто-то из них вдруг со смехом воскликнул:

— Эй, генерал, не волнуйтесь, мы с вами будем осторожно обращаться. Нежно.

И все заржали.

Меня захлестнула такая волна злости. Они ещё издеваются над ним!

И я, распихивая огромных мужчин, бросилась к венцу, схватила его руками — и неожиданно почувствовала, что он тёплый. Почти горячий. Мне даже почудилось, что у него был пульс.

— Альберт! Альберт, ну как же так!

Я выпустила его из рук.

Кто-то силой дёрнул меня за плечо, отводя в сторону. Но руки мне не связали.

— Идите, подполковник Ставицкая, здесь мы всё сделаем сами, — раздался незнакомый голос.

Я вышла из храма.

Перед храмом стоял один из супремов, тот, что помоложе. Рядом с ним стоял Роше.

— Вы прекрасно справились, агент Ставицкая, — неожиданно произнёс супрем, откуда-то узнавший моё имя. — Страна это оценит. Вас ждёт повышение.