Книга Плохиш и красотка, страница 53 – Фэя Моран

Тиган медленно окинула взглядом идеально ровные ряды товаров, затем перевела глаза на меня, задержавшись на моих грязных руках. Ее левая бровь медленно поползла вверх.

— Это поразительно, — протянула она, делая шаг в мою сторону, отчего мое сердце радостно сделало сальто. — В тебе пугает даже не то, что ты улыбаешься, разгружая дерьмо, а то, что тебе это искренне нравится. Ты вообще нормальный?

— Нет, — подтвердил я, глядя на нее как преданный щенок. — Какие будут следующие указания? Хочешь, я пойду в подсобку и перегрызу зубами проводку, чтобы ты могла пораньше уйти домой? Только прикажи.

— Еще чего… Чтобы мне пришлось заполнять протокол о несчастном случае на рабочем месте? А я скорее сожру этот кошачий наполнитель, чем проведу свой законный перерыв за написанием объяснительной из-за какого-то суицидального стажера.

Мое сердце забилось прямо в горле.

— Ты предпочтешь есть химикаты, лишь бы не описывать мою смерть? Конфетка, это самое романтичное, что мне когда-либо говорили.

Она наконец-то оторвала взгляд от планшета. В ее глазах читалась глубокая озабоченность моим психическим здоровьем. Это был феноменальный прогресс. Только вчера она смотрела на меня просто как на пятно плесени.

— Ты клинический идиот, Скальоне.

Конец шариковой ручки, которую Тиган держала, уперся мне прямо в центр груди.

— Раз у тебя столько нерастраченной энергии и тебе так нравится возиться с дерьмом, то поздравляю. — Тиган хищно улыбнулась. От этой улыбки у меня подкосились колени. — В подсобке рыбного отдела сломалась морозильная камера. Там сейчас лужа из оттаявшей тухлой скумбрии, которая пахнет как подмышки Сатаны.

Она испытующе заглянула мне в глаза. Я тут же выпрямился.

— Тухлая рыба, — с придыханием повторил я. — Моя любимая.

— Ведро, швабра и респиратор в шкафчике уборщика, — хмыкнула она, резко разворачиваясь. — И если через час кафель там не будет сиять так, чтобы я могла использовать его как зеркало, я заставлю тебя вылизать его языком.

— Я бы предпочел вылизать тебе, Конфетка.

Тиган замерла. Ее идеальная спина напряглась так, словно я только что воткнул ей между лопаток оголенный провод. Она обернулась.

Воздух в проходе вдруг стал тяжелым. Я мысленно похвалил себя: отличный ход. Либо она сейчас вышвырнет меня на улицу, либо снова ударит по лицу, что, в общем-то, тоже неплохой вариант жесткой прелюдии.

В ее глазах вспыхнул недобрый огонек. Тиган скользнула красноречивым взглядом от моего лица вниз, на секунду задержавшись на ширинке моих брюк, а затем скривила губы в такой уничижительной усмешке, от которой у меня мгновенно и болезненно затвердело.

— Боюсь, стажер, твоего жалкого энтузиазма не хватит даже на то, чтобы удовлетворить моль в моем шкафу, — процедила она. — Не говоря уже о женщине, которая может перекусить твое эго пополам.

Удар ниже пояса. Во всех смыслах. И, дьявол меня подери, это было самое возбуждающее оскорбление, которое я когда-либо слышал. Мое нутро скрутило от острой потребности прижать эту безжалостную стерву прямо к стеллажу с кошачьими консервами, стянуть ее джинсы и доказать, как сильно она ошибается насчет моих талантов.

— Ты недооцениваешь мою языковую практику, — усмехнулся я, делая крошечный шаг навстречу. — Я очень усердный работник. Быстро учусь, не боюсь влажной среды и готов трудиться сверхурочно, между прочим.