Книга Муж, замок, быт, магия для миледи Анастасии, страница 38 – Надежда Соколова

Я не знала, что сказать, и просто стояла рядом, глядя на портрет. Ричард молчал, и в этом молчании было что-то большее, чем слова. Потом он повернулся ко мне и сказал:

— Анастасия, я пригласил вас сюда не только для того, чтобы показать картины. Я хотел, чтобы вас увидели. Со мной. Если вы не против.

Я посмотрела на него — на его серьёзное лицо, на то, как он ждал ответа, — и поняла, что не против. Совсем не против.

— Я не против, — сказала я. — Но предупреждаю: я не умею вести светские беседы. Если кто-то спросит меня о политике, я скажу, что я швея и не разбираюсь в этом.

— Тогда я буду говорить за вас, — ответил он с улыбкой. — Или, если хотите, мы можем просто смотреть картины и делать вид, что не замечаем, как на нас смотрят.

— Это мой любимый вариант, — сказала я, и мы пошли дальше, к следующей картине, под взглядами гостей, которые, я чувствовала, уже начали шептаться. Но мне было всё равно. Я была здесь с ним, и это было самое правильное место на свете.

Когда мы обошли весь зал — а картин было не меньше тридцати, и каждая казалась живой, — Ричард предложил выйти в небольшой внутренний дворик, где бил фонтан и где было тихо, несмотря на то, что за стенами оставалась столица с её шумом. Мы сели на каменную скамью, и я наконец выдохнула, чувствуя, как усталость от волнения постепенно уходит.

— Вам понравилось? — спросил он, глядя на воду.

— Очень, — ответила я честно. — Я не думала, что картины могут быть такими... живыми. Я думала, что это просто изображения, а они... они дышат. И эта картина с вашей матерью — она... я не знаю, что сказать. Она тронула меня.

— Я рад, — сказал он тихо. — Я хотел, чтобы вы увидели не только красивые вещи, но и то, что для меня важно. Вы первая, кому я показал эту картину. Долорес знает о ней, но она никогда не спрашивала, что я чувствую. А вы... вы просто стояли рядом и молчали. Это было правильно.

Я не ответила, потому что не знала, что сказать. Мы сидели рядом, слушали, как журчит вода, и я чувствовала, что этот вечер был не просто встречей, а чем-то большим — началом чего-то, что я не решалась назвать, но что уже жило во мне.

Когда пришло время уходить, Ричард проводил меня до портальной станции. Он не пытался взять меня за руку, не говорил лишних слов, но в его взгляде было что-то, от чего у меня внутри всё переворачивалось.

— Спасибо за вечер, Анастасия, — сказал он. — Я давно так хорошо не проводил время. И, если вы не против, я хотел бы повторить это. Может быть, на следующей неделе. Или через две. Когда вы освободитесь.

— Я не против, — ответила я, и улыбка, которая появилась на моём лице, была, наверное, слишком широкой, но я не стала её прятать. — Только предупредите заранее, чтобы я успела сшить новое платье. Мне кажется, это становится традицией.

— Тогда я предупрежу, — сказал он и протянул мне карточку. — Доброй ночи, Анастасия. Спите хорошо.

— Доброй ночи, Ричард, — ответила я, и, приложив карточку к груди, шагнула в вихрь.

Глава 23

Через несколько дней после галереи я сидела в мастерской и заканчивала вышивку на платье для императрицы — работа была почти готова, оставалось только вшить последние жемчужины в подол, — когда в холле замка раздался хрустальный звон портала. Я не ждала гостей: клиентки приезжали по записи, вестники стучали в окно, а мама предупредила бы заранее. Я отложила иглу, вытерла руки и вышла в холл, и на мгновение замерла.