Книга Лавка платьев для драконьих невест, страница 9 – Илина Ясная

Нашлось и немало совершенно новой одежды — вероятно, она осталась ещё с тех времён, когда работала лавка.

За день Катя дважды устраивала себе короткий перерыв. Во время одного из них она наконец пообедала, и тогда её новый питомец с преувеличенным энтузиазмом отправился следом клянчить еду. В итоге пришлось делиться с ним пирожками, которые оставила Марта.

К вечеру гостиная преобразилась.

Мебель, прежде почти скрытая под салфетками и окружённая десятками мелочей, теперь сама выглядела произведением искусства. Огромный шкаф, раньше казавшийся тяжёлым и мрачным, открыл искусную резьбу на дверцах. За стеклом серванта больше не теснились горы посуды — Катя оставила лишь несколько декоративных тарелок и пару особенно красивых чашек.

Рабочий стол в углу прежде был завален книгами. Теперь они аккуратно стояли на полках над ним. Из трёх ковриков Катя оставила только один — мягкий, с высоким ворсом, в котором приятно утопали ноги. Корзинки с лентами и шитьём убрала. Освободила поверхности. Из множества маленьких подушек оставила две: одну приглушённого зелёного цвета, вторую — пыльно-розовую.

В самом конце Катя сменила шторы.

И только тогда остановилась посреди комнаты и огляделась.

Теперь гостиная и правда выглядела совсем иначе — нежной, аккуратной и удивительно уютной. Даже кот, развалившийся на диване, смотрелся здесь так органично, словно всегда был частью этого дома.

Здесь хотелось пить кофе, завернувшись в плед, смотреть в окно и никуда не спешить.

Катя ещё раз придирчиво оглядела комнату, нашла плед в тон шторам и подушкам и перекинула его через спинку дивана.

Потом отошла на несколько шагов и удовлетворённо улыбнулась.

Да. Теперь здесь хотелось остаться.

Утро пришло вместе с запахом дождя. Катя почувствовала это, ещё не успев открыть глаза. Из неплотно закрытого окна тянуло осенью и влажной листвой. Тяжёлые капли стучали в стекло.

Открыв глаза, Катя обнаружила, что лежит в обнимку с огромным котом. Тот устроился на соседней подушке и громко сопел с широко открытым ртом. Когда она начала осторожно вставать, он лишь недовольно шевельнул ушами, а стоило ей освободить кровать, тут же занял её целиком. Лапы раскинуты в стороны, а длинный пушистый хвост, казалось, мог принадлежать не одному коту, а целому кошачьему семейству. Катя укоризненно покачала головой.

Вчера она была уверена, что не сможет быстро уснуть, но стоило ненадолго прилечь, обняв своего нового питомца, как она сразу провалилась в сон.

За окном ветер кружил в танце листья. Дождь, будто завидуя, прибивал их к земле. Серый утренний свет окрашивал стены в тусклые тона, словно пытался напомнить Кате, насколько она здесь чужая.

В такие хмурые осенние вечера она любила сидеть у окна, завернувшись в тёплый плед и держа в руках любимую кружку с горячим чаем. Читать что-нибудь лёгкое и смешное. Или смотреть сериал, смеяться над героями и есть пиццу. Здесь ничего этого не было. В этом мире ещё не было её любимой кружки. Тёплого пледа, который подарила мама. Сериалов. Пиццы.

Она представила, как после её смерти кто-то выбрасывает эту кружку. Затёртую до дыр футболку с Куртом Кобейном. Самые удобные домашние штаны, измазанные красками. Катя даже не поняла, в какой момент начала тихо плакать. И сама, наверное, до конца не осознавала, что именно оплакивает. Свою прошлую жизнь или нынешнюю. Неизвестную ей бабушку, которая наносила на салфетки ровные стежки. Анабеллу, которая, возможно, умерла, но которую никто не мог оплакать.