Книга Измена Верховного дракона. Хозяйка лавки магических зверей, страница 7 – Виолетта Вейл

Потом спустилась за чемоданом.

На прилавке лежала папка. Я раскрыла ее на своих расчетах и нашла строку о ремонте. Сумма показалась смешной. Я учла свежую краску и новые крепления для полок, а про воду не подумала.

Пришлось дописать: «Осмотр труб».

От этих двух слов я снова заплакала. На этот раз тихо, не закрывая рот. Слезы капали на край листа, и я отодвинула его, чтобы не испортить.

Я вымыла лицо, закрыла папку и отнесла ее наверх.

Ночью спала плохо. Просыпалась от грохота запоздалой телеги, от чужого смеха под окном, от звука, которого вообще не было. Один раз потянулась к другой стороне кровати и ударилась пальцами о стену. Здесь узкую кровать всегда ставили вплотную.

На улице начинался дождь.

* * *

С утра пришлось искать чистую одежду в чемодане. Вещи, которые я укладывала почти не глядя, оказались удивительно неподходящими. Одно платье требовало застегивать пуговицы на спине. У второго были слишком широкие рукава, которыми легко зацепить клетку.

Я надела вчерашнее, повязала сверху найденный в кухонном ящике фартук и спустилась.

До обеда хотела хотя бы вымыть прилавок и узнать, когда работает торговая палата. Профессиональное свидетельство лежало в папке, но разрешение на магазин давно не действовало. Я еще помнила, где находилась контора Томаса Белла. Он знал мои руки и работу. Возможно, согласился бы осмотреть помещение, когда здесь станет чище.

Я зажгла маленькую лампу на прилавке. Ее тусклый камень все еще работал, хотя света хватало только на угол у стены. Снаружи дождь затемнил стекла, а ставни на второй витрине заклинило.

Посыльный Дамиана приехал, когда я оттирала липкий след от старого ценника.

Ему пришлось дважды позвать меня: я не сразу узнала его голос за шумом воды в ведре.

— Госпожа Арден, вам письмо. Господин просил дождаться ответа.

Он положил на сухую часть прилавка плотный конверт.

Внутри были две бумаги. На первой, заверенной палатой, сообщалось, что Дамиан подписал согласие. Расторжение брака назначили на четырнадцатый день, считая день подачи заявления первым.

Я прочитала уведомление до конца и перевернула лист, хотя оборот был пуст.

Подписал.

Весь вечер я боялась, что он откажется, что придется снова ехать к нему, объяснять, ждать. Теперь он согласился, и у меня задрожали губы.

На второй бумаге, написанной его рукой, предлагалось сохранить мое содержание. Дамиан писал, что не хочет, чтобы я нуждалась или принимала поспешные решения. Он брал на себя расходы на приличное жилье, гардероб и обычные покупки. Условием было обязательство не заниматься публичной торговлей животными: подобное занятие неизбежно связывали бы с его фамилией даже после нашего развода.

«Пожалуйста, подумай о том, как это будет выглядеть», — написал он в конце.

Я посмотрела на свои мокрые пальцы. Кожа сморщилась от воды, под ногтем осталась темная полоска грязи.

В предложении не было ни слова о Селесте.

Я положила уведомление палаты в папку. Частное письмо оставила перед собой и еще раз перечитала условие. Текст был ясным. Я не могла взять деньги, а потом сделать вид, что не поняла, чего от меня хотят.

На кухне нашлись чернила. Они загустели, пришлось добавить каплю воды. Первое слово получилось бледным, второе — лучше.

«От предложенного содержания и связанных с ним условий отказываюсь. По вопросам развода прошу направлять документы через палату».