Книга Заклейменная вдова. Ключница генерала-дракона, страница 114 – Лилия Тимолаева

— Внешние ворота открыть? — спросил старший солдат.

Гектор посмотрел на Беатрис.

— Решает хранительница.

Она сняла ключ с каштановым листом.

Замок принял его сразу. Засовы начали двигаться внутри стен, створки разошлись, открывая мост и заснеженную дорогу.

Холодный воздух ворвался во двор.

За воротами не было конвоя, стражи или судебного экипажа. Дорога уходила вниз между тёмными елями, соединялась с трактом и вела куда угодно — к Юдит, в столицу, к старому дому или в место, которого Беатрис ещё не знала.

Гектор остановился у порога.

— Ваша охрана? — спросила она.

— Вам она больше не требуется.

— Король разрешил мне покинуть северную провинцию.

— Разрешил.

— Я могу уйти сейчас.

— Да.

Он не предложил экипаж, не спросил, куда она направится, не напомнил о должности и не потребовал оставить ключи. Стоял внутри крепости, позволяя ей самой решить, по какую сторону ворот находиться.

Беатрис переступила порог.

Снег хрустнул под сапогами.

Она прошла по мосту. Внизу темнела замёрзшая река, между камнями двигался ветер. С каждым шагом крепость оставалась дальше, а дорога впереди становилась шире.

Гектор не последовал за ней.

Беатрис дошла до первого караульного столба, где заканчивалась земля Ротвальда. Здесь её встретили в день приезда, окружённую солдатами и связанную королевским приговором. Тогда она считала повороты дороги, потому что боялась не знать пути назад.

Теперь путь принадлежал ей.

Она могла продолжить идти. До ближайшего постоялого двора было несколько часов, но у неё оставались деньги, возвращённое имя и право потребовать помощь у любого королевского служащего. Утром можно было уехать к Юдит. Позднее — выбрать дом, работу или город, где никто не знал Корвина.

Ни одна дверь не закрывалась.

Беатрис обернулась.

Гектор стоял под аркой. Свет крепости очерчивал его плечи и тёмный мундир. Он не сделал ни шага вперёд.

Рядом с ним оставалось свободное место.

В Ротвальде её ждали сотня ключей, незаконченные комнаты западного крыла, книги поставок, оранжерея, в которой пережили мороз яблони, и люди, уже привыкшие обращаться к ней за решением. Там находился мужчина, способный ошибаться, признавать ошибку и отдавать власть, которую мог сохранить.

Он не обещал избавить Беатрис от всех страхов.

Он научился открывать дверь и не стоять поперёк выхода.

Она пошла обратно.

На середине моста Гектор выдохнул, но остался на месте. Лишь когда Беатрис приблизилась, он спустился с порога на одну ступень.

— Вы вернулись, — сказал он.

— Я проверила дорогу.

— И как она?

— Открыта.

— Тогда почему вы здесь?

Беатрис остановилась перед ним и сама протянула руку.

Гектор посмотрел на её ладонь, словно не решался принять жест без разрешения.

— Вы хотели спросить меня о будущем, — напомнила она.

Он вложил пальцы в её руку.

— Хотел.

— Тогда спрашивайте.

Гектор не опустился на колено и не произнёс заготовленной речи. В его лице было больше волнения, чем во время суда, где на столе лежал генеральский знак.

— Беатрис, станьте моей женой. Останьтесь в Ротвальде рядом со мной не по приказу, должности или благодарности. Я хочу строить с вами дом, в котором ваше слово имеет такой же вес, как моё. Хочу встречать вас за главным столом, спорить о воротах, уступать в вопросах, где вы правы, и учиться замечать это раньше.