Книга Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов, страница 26 – Лилия Тимолаева

Ася покачала головой.

Марет оставила ее рядом с Лорой и убрала со стола лишние тарелки.

После еды Марет достала старую деревянную коробку. Поставила на стол.

— Я не знала, захочешь ли ты это видеть.

Лора не прикоснулась.

— Что там?

— То, что осталось у меня после твоей мамы.

Я следила за лицом Лоры, опасаясь, что воспоминания окажутся слишком тяжелыми в первый же день.

— Не обязана сейчас открывать, — сказала Марет. — Можно вообще не открывать.

Лора посмотрела на коробку.

— Вы хранили?

— Да.

— Все это время?

— Да.

Девочка медленно придвинула коробку. Открыла. Я не видела содержимого с места, где сидела. И не стала вставать. Через некоторое время Лора достала небольшую тканевую куклу. Очень простую. Одно платье. Темные нитяные волосы. Лора долго ее рассматривала.

— Моя?

— Да.

— Я не помню.

— Ничего.

— Мама сделала?

— Нет. Ты.

Лора подняла голову.

— Я?

— Почти. Ты держала ткань, пока мама шила.

— Это не считается.

— Ты тогда считала.

Лора улыбнулась и повернула куклу к Асе, показывая неровный шов на платье.

Ася придвинулась ближе.

— Красивая.

— Кривая.

— Все равно.

Рина тоже подошла посмотреть.

— Нормальная.

От Рины это было почти высшей похвалой. Я вышла из кухни. Мне требовалось несколько минут без чужих глаз. Во дворе Бастиан догнал меня.

— Все хорошо?

— Пока да.

— Почему ушли?

— Потому что если останусь, начну задавать Марет двадцать вопросов подряд и испорчу Лоре день.

Бастиан кивнул. У окна кладовой мы заметили Миро, который пытался разглядеть, что внутри.

Мы дошли до скамьи у стены.

— Вы знали про письмо матери? — спросила я.

— Нет.

— Это проблема?

— Не обязательно.

— Очень обнадеживающее начало.

— Письмо с двумя свидетелями подтверждает желание матери, но если оно не оформлено по правилам рода, юридически могло не иметь силы.

— А по-человечески?

Он посмотрел на меня.

— По-человечески я сейчас понимаю, почему Марет трижды спорила с родом.

Я села.

— Почему никто не указал в деле причину ее отказов?

— Там есть записи о споре.

— «Имущественный спор» ничего не говорит.

— Для комиссии этого было достаточно.

— А для ребенка?

— Нет.

С кухни донесся смех Лоры. Бастиан посмотрел туда и улыбнулся прежде, чем заметил мой взгляд.

— Если утром она скажет, что хочет остаться, — произнес Бастиан, — вы подпишете.

Это был не вопрос.

— Если вечером ничего не изменится.

— Вы ищете причину сомневаться?

— Я ищу причину не ошибиться второй раз.

Он понял. Кай.

— Дом Берн научил вас осторожности.

— Кай научил.

Бастиан сел на другой край скамьи.

— А если все действительно хорошо?

Я посмотрела на окна. За одним мелькнула Лора с куклой в руках.

— Тогда придется уехать без нее.

— Вы ведь этого хотели.

— Я хотела, чтобы дети попали туда, где им хорошо.

— Значит, получите то, чего хотели.

— Вы так говорите, будто это всегда приятно.

— Нет.

Он тоже посмотрел на окно.

— Я давно знаю, что нет.

Я хотела расспросить его, но он поднялся проверить экипажи, и момент был упущен.

К вечеру дом изменился. Или, скорее, изменились дети внутри него. Оли нашел курятник и был изгнан оттуда самой крупной курицей. Миро обнаружил старую кладовую и попытался выяснить, хранят ли там интересные камни. Тивен помог работнику во дворе поправить перекошенную калитку. Кай нашел деревянный ящик с обрезками и занялся своими фигурками.