Книга Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов, страница 58 – Лилия Тимолаева

— А руками можно махать?

— Крыльями.

— Это руки?

— Нет.

— А где руки?

— Здесь.

Тивен показал. Оли нахмурился.

— Тогда крыльев слишком много.

Миро вмешался:

— У дракона так и должно быть.

— Ты не летал.

— Зато знаю.

— Не знаешь.

— Знаю.

— Не знаешь.

— Оли, иди ешь.

— Я не хочу.

— Тогда молчи.

— Не хочу.

Все вернулось в привычное русло. Я сидела чуть дальше. Рина подошла ко мне сама.

— Он правда не должен был?

— Что?

— Взлететь без семьи.

Я посмотрела на Бастиана. Он разговаривал с Тивеном.

— По традиции рядом должен быть кровный род.

— Но нас это не касается?

— Что именно?

— Мы не кровь.

Вот что они услышали. Не чудо. Не открытие. Снова вопрос, кто они друг другу.

— Рина, Бастиан пока сам не понимает.

— А вы?

Я посмотрела на детей.

— Я понимаю только то, что Тивен улетел от нас и вернулся к вам.

— К нам.

— Да.

Она немного подумала.

— Значит, нормально.

— Что именно?

— Все.

— Очень точное объяснение.

— Вы сами так отвечаете.

— Плохое влияние.

— Учитель хороший.

Я уставилась на нее. Рина довольно улыбнулась.

— Я тоже умею.

И ушла. Через несколько минут рядом сел Бастиан.

— Вы заразили их.

— Чем?

— Собой.

— Это звучит опасно.

— Так и есть.

Мы посмотрели на Тивена. Он ел хлеб и слушал Миро, который пытался объяснить, как в следующий раз надо поворачивать в воздухе. Человеку, который летал один раз, советовал человек, который не летал ни разу. Очень по-детски.

Бастиан разрешил Тивену отдыхать и запретил на сегодня новые попытки. Мальчик спорил, что само по себе немного меня успокоило.

— Полное обращение может повториться скоро или через несколько дней, — объяснил Бастиан. — Но обязательного присутствия рода после Первого взлета уже не требуется.

Я посмотрела на Тивена. Ради этого полета его собирались везти к семье, которую он почти не знал. Теперь одна из главных причин передачи изменилась.

— Вы никогда не слышали о таком раньше?

— Слышал семейные легенды. Ребенок взлетал рядом с тем, кого считал родным, хотя кровь не была подтверждена. Потом обычно находилось какое-нибудь родство.

— И правило оставалось верным.

Бастиан не улыбнулся.

— Бывали и неудачные полеты. Тивен тоже ушел слишком далеко, но вернулся уверенно.

Он долго смотрел на мальчика, будто впервые сопоставлял сегодняшний день с историями, которые знал много лет.

— Если связь может возникнуть без крови, придется спросить, зачем некоторых детей годами держали в Колыбели, ожидая решения родов.

У меня пропало желание шутить о будущем споре с Клеменсом. Речь шла уже о детях, которых мы никогда не видели.

— Посмотрим, что найдется в архиве, — сказал Бастиан.

Я сидела рядом с ним, глядя, как Тивен доедает хлеб. Бастиан не пытался объяснить случившееся привычным правилом и не спешил объявлять новое. Ему хотелось разобраться. Наверное, именно это и привлекало меня все сильнее.

— Евгения, вы опять думаете.

— Иногда приходится.

— Обо мне?

Я посмотрела на него.

— С чего вы взяли?

— На этот раз лицо не такое сложное.

Вот зараза.

— Не злоупотребляйте.

— Уже поздно.

Я встала.

— Пойду проверю, не научил ли Миро Тивена неправильному повороту.

— Это невозможно.

— Что именно?

— Миро ничего не знает о полете.

— Вы его недооцениваете. Для советов знания не обязательны.

Бастиан засмеялся. Я пошла к детям. Мы выехали только после полудня. Тивен сидел со мной и Бастианом. Не потому, что я настояла. Потому что сам выбрал. Рина хотела ехать рядом с ним, но в последний момент передумала.