Книга Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов, страница 98 – Лилия Тимолаева

Я записала это почти машинально. Миро больше не пришлось бы одному идти по дороге, надеясь, что его впустят. Бастиан дождался, пока я отложу перо, и спросил:

— Принадлежность к кругу сохраняется после принятия в род?

— Если ребенок хочет, — ответил Клеменс. — Нет причины заставлять его выбирать только одну связь.

Значит, Лора могла жить у Марет, Рина — у брата, Миро — носить фамилию Варр, оставаясь частью дома. Я почувствовала облегчение, но Клеменс сразу вернул нас к ответственности взрослых.

— В родовом доме она понятна. В учреждении — тоже. В свободном круге кто отвечает за ребенка?

Бастиан положил перед комиссией подготовленный лист.

— Повседневные решения остаются за хозяйкой. Куратор проверяет условия встреч и поездок, рассматривает обращения детей. Изменение постоянного места жительства подтверждает совет: хозяйка, куратор и два взрослых члена дома, утвержденных комиссией. Голос ребенка фиксируется отдельно.

Я знала этот проект: последние дни мы разбирали его вместе с Бертой, споря, как сделать совет действующим, а не очередным списком имен.

— Пока состав не утвержден полностью, решения о постоянном переезде остаются за комиссией, — добавил Бастиан. — Гостевые поездки оформляются с указанием ответственного взрослого, срока и способа связи.

Человек из королевской канцелярии открыл смету.

— Содержание на ближайшие три месяца можно сохранить из прежнего коронного ассигнования. Дальнейший бюджет представите отдельно. Помощь родовых домов допускается, но не дает им преимуществ при устройстве детей.

Я сверила сумму с нашей расходной книгой. На питание, жалованье и ближайший ремонт хватало. Лишних денег в смете не было, но впервые за эти дни речь шла о том, как дом будет жить после закрытия.

Комиссия снова потребовала нас вывести. На этот раз мы ждали во дворе почти час. Дети ели второй завтрак. Или ранний обед.

С Бертой не поспоришь.

Я села на ступеньку. Бастиан опустился рядом, и я подвинулась. На вопрос, что мы будем делать в случае отказа, он ответил, что придется немедленно искать другой вариант. Какой именно, пока не знал. Я была благодарна ему за то, что он не стал обещать победу.

Он посмотрел во двор. Тивен разговаривал с отцом. Не близко. Но разговаривал. Рина и Лора сидели с Асей. Миро показывал старшей Варр тот самый камень. Она по-прежнему не видела дракона. Кай что-то объяснял господину Берну. Оли спал у Берты на коленях.

Все семеро снова собрались здесь. У каждого уже была своя договоренность со взрослыми, но для встречи им по-прежнему нужен был этот двор.

— Даже если откажут, — сказал Бастиан, — произошедшее уже не отменить.

— Что именно?

— Семьи начали приезжать.

— Их можно перестать пускать.

— Дети начали отвечать.

— Их можно перестать спрашивать.

— Можно.

Он посмотрел на меня.

— Но теперь придется сознательно решить больше этого не делать.

Я поняла. Раньше порядок существовал по привычке. Теперь у комиссии были факты. Вернуться к прежнему можно. Но уже не сказав: «Мы не знали».

Я кивнула, не отрывая взгляда от детей.

— Евгения, если решение будет положительным, ваша работа изменится.

Я сразу насторожилась.

— Каким образом?

— Вы больше не будете временной хозяйкой закрывающегося учреждения.

Вот про что я старалась не думать. Мой переход. Мой договор. Моя квартира. Работа. Подруга. Мир, который я собиралась вернуть себе через несколько дней.