Книга Любовь Шрама. Расплата за прошлое, страница 21 – Саня Сладкая

— Ты сумасшедшая!

Как только мы выходим из подъезда, я хватаю Василису за плечи и грубо разворачиваю к себе. Она ждала именно такой реакции: вздернула подбородок и смотрит с вызовом. Только сейчас я заметил, как сильно она волнуется — на бледном лице глаза кажутся слишком яркими и большими. Она едва сдерживается, чтобы не заплакать от отчаяния.

— Ты его прекрасно знаешь. — Говорит с легким презрением, но даже не пытается вырваться, — с самого первого дня ты придумал легенду, и сделал из меня дуру. А я и есть — дура. Разве могут быть такие случайные совпадения? Нашел меня ночью, привез к себе домой, ухаживал. Теперь я понимаю, в чем дело.

— Ну, и в чем дело?

— Он тебя попросил. Только не понимаю, зачем.

— Ты можешь мне не верить, но я тоже этого не знаю. Поехали, — беру ее за руку и тяну к машине, — поговорим обо всем в другом месте.

Она идет за мной, но останавливается на полпути. Убирает выбившуюся прядь волос за ухо, прищуривает глаза.

— Мне все надоело. Надоели эти игры. Надоело бесконечное вранье. Ты ведь знаешь, что он в меня стрелял, да? Знаешь, но молчишь!

— Чего ты хочешь? — я делаю шаг на встречу и смотрю Василисе в глаза, — для чего ты сюда приехала? Подслушала разговор и примчалась, думая, что Ян все тебе выложит? Ты даже не побоялась того, что он может просто прикончить тебя, и доделать то, что не сумел. Приехала, чтобы убедиться, что он ничего не помнит? Легче хоть стало?

— Я просто не понимаю, зачем все это. Зачем ты меня спас? У кого я должна узнать правду, если Ян ничего не помнит?

— Сдалась тебе эта правда! — меня бесит ее упрямство так, сильно, что начинаю злиться, — вместо того чтобы радоваться, что осталась жива, ты снова поехала к нему!

Василиса молчит, и это мне не нравится.

Краем глаза замечаю, как дрогнула занавеска на третьем этаже, и понимаю, что Ян за нами наблюдает. Интересно, откуда такое нездоровое любопытство к собственной сотруднице? И почему его не удивило, что она оказалась моей «девушкой?»

Уверен, что он что-то скрывает. Думает, я такой идиот, что не пойму элементарных вещей! В жизни не поверю в дешевую постановку про потерю памяти. Это полный бред. Я видел его глаза. Они такие же серьезные, как и всегда. Он не мог все забыть, но, зачем-то притворяется. Хотелось бы мне посмотреть, как произошла их первая встреча. С другой стороны, Василисе не привыкать менять имена. Василиса, Елена, Регина — какая разница? Прямо сейчас, я смотрю в ее глаза, полные гнева, и думаю о том, что дороги назад — нет.

Я не хочу ее отпускать. Не хочу ничего рассказывать. И если Ян на самом деле все забыл, это будет для меня подарком. Потому что, я все для себя решил.

— Знаешь, что? — я склоняюсь к Василисе так близко, что слышу, как у нее перехватывает дыхание, — я готов все рассказать. Раз я остался единственным свидетелем, который знает всю правду, то я не имею права скрывать ее от тебя. Но сначала, мы уедем отсюда. Ясно?

— Да. — Василиса слабо кивает головой, — если ты все расскажешь, я согласна ехать.

— Вот и хорошо. Только сначала я получу маленькое вознаграждение за потраченные нервы.

Я не даю ей опомниться, резко притягиваю к себе за талию и примыкаю к чуть приоткрытым губам. Василиса пытается отодвинуться, но я обхватываю ее затылок ладонью и наваливаюсь еще сильнее. Сейчас, мне плевать, как это выглядит со стороны. Плевать, что она пытается вырваться. Этот поцелуй предназначается для Яна, который прямо сейчас смотрит на нас сверху. Он смотрит, и если его потеря памяти — дешевая постановка, он не выдержит, и спустится вниз.