Книга Невеста огня, страница 10 – Жасмин Уолт

— Конечно. – Я подошла к прилавку, надеясь, что глаза у меня не слишком раскраснелись от слез. Я возвращалась длинной дорогой, чтобы дать себе время успокоиться и не появляться дома в полном смятении чувств. Я выбрала один из сине-фиолетовых корней, взяла с прилавка нож и провела вдоль корня, отрезая тонкие ломтики, которые можно будет потом мелко порубить. Я простояла за этим прилавком бессчетное количество часов, помогая маме нарезать и взвешивать ингредиенты для зелий.

— Как прошел день? – Мама подняла взгляд.

Даже одетая в простое желтое платье и фартук, с волосами цвета мха, заплетенными в косу и уложенными в корону, чтобы не мешались во время работы, она была восхитительна. Большие изумрудные глаза с пушистыми ресницами, высокие скулы и полные губы, которые улыбались так часто. Была в ней какая-то особенная энергия, притягательная сила, из-за которой к ней тянулись другие. Многие одинокие мужчины в деревне пытались за ней ухаживать, но она отказывала всем. Она посвятила себя своему искусству – так она им говорила, – и ей не нужен был мужчина, когда ее сердце было наполнено самым важным в ее жизни.

Мной.

— Хорошо, – сказала я, надеясь, что мой голос не звучал слишком хрипло.

Но мама прищурилась и вгляделась мне в лицо.

— Щеки все в пятнах, и говоришь так, будто простужена, – заметила она. – Ты что, плакала?

— Я… – Глаза наполнились слезами. – Это Дюн. Мы… мы больше не вместе.

— Ох, милая. – Мама отложила нож и корень и обошла прилавок, чтобы обнять меня. Я судорожно вздохнула, когда она крепко прижала меня к себе, окутывая ароматами жимолости и прогретой солнцем земли. – Мне так жаль. Что случилось?

Она увела меня из аптекарской лавки в жилую часть дома. Наш дом был небольшим – простая комната с двумя кроватями, с местом, чтобы отдохнуть у очага и ванной в углу, отгороженной ширмой. Но нам и не нужно было большего, с этой комнатой у меня было связано множество счастливых воспоминаний.

Мы расположились в креслах у очага, и между глотками успокаивающего чая я рассказала маме, что случилось. Ее зелье притупило боль, и впервые с того момента, как бросила Дюна в лесу, я смогла вдохнуть полной грудью.

— Вот ведь болван, – возмутилась мама, когда я закончила. Ее изумрудные глаза сверкали гневом. – Я догадывалась, что он не собирался вступать с тобой в брак, но незачем было вести себя как полный осел. Нужно будет добавить ему завтра в кашу немного червекорня.

Я рассмеялась сквозь слезы.

— Это точно испортит ему испытания.

Червекорень помогал от запоров, но если запора не было, приводил к ужасной диарее.

— Что ж, такого мы допустить не можем. – Мама подалась вперед и поцеловала меня в макушку, потом пригладила ладонью мои лавандово-голубые волосы. – Как бы мы с тобой ни хотели насладиться мелкой местью, лучше пусть этот мальчишка пройдет испытания и уедет. Для вас обоих лучше разойтись, Адара. Тебе нужно сосредоточиться на изучении травничества, а не мечтать о мужчинах, которые тебя не стоят.

Я закусила губу, сдерживая желание возразить. Я уже неплохо могла измельчать ингредиенты и разбиралась в растениях и травах, но для занятий травничеством у меня не было ни таланта, ни склонности. Мама всегда настаивала, чтобы я пошла по ее стопам и стала целительницей, потому что для освоения травничества не требовалась врожденная магия, но для меня это стало бы просто обязанностью, а не любимым делом.