Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 155 – Юрий Молчан

Некоторые женщины и старики начали выкрикивать оскорбления, в пленных полетели подобранные на дороге камни или вынесенные из дома тухлые яйца, яблоки, овощи.

— Смерть вам!

— Позор!! Твари кровожадные!!

— Смерть!! За наших сыновей!!

— Казнить на площади да и все дела!

— В выгребную яму их!! Пусть подохнут, как свиньи в дерьме!!

Пленники идут, не поднимая голов, взгляды уперлись в пыльную землю под ногами. Лишь один бородач средних лет, Игнат, поворачивает голову, краем глаза глядя на артан. Брошенный камень уходил ему в бок, он стиснул зубы от боли. В боковую часть лица ударил помидор, лопнул и глаз залило гниющей овощной юшкой с запахом плесени. Он стал идти медленнее, но на спину обрушилась плеть. Игнат взревел сквозь зубы от боли, стал передвигать ногами быстрее.

Вновь глянув в сторону, увидел в толпе артан и совсем юные, детские лица. Некоторые женщины держат на руках совсем малых детей, тычут в пленников пальцами, рассказывая детям, что это чудовища, которые убивают их отцов на войне. Лица артан горят злобой, презрением. У стариков сжимаются кулаки. Мальчишки стоят, раскрыв от удивления рты, тычут друг другу на пленников пальцами.

Артанские всадники бьют по спинам и его товарищей, Игнат то и дело слышит глухие рыки и стоны спереди и сзади. Сверху безжалостно припекает солнце, все тело саднит — руки в тяжелых колодках и ноги налились свинцом, каждый шаг дается через силу, которой уже почти не осталось. Раны судят от мух, в них попадает горячий пот, жжет. Один глаз заплыл от удара и видит с трудом.

— Налево! - заорал артанин, что едет впереди строя. - За мной, падаль! Познакомитесь с еще одной нашей дружиной, ха-ха-ха!

— Налево, собаки! - закричали всадники сзади и по бокам, для верности подкрепив приказ ударами плети.

Игнат стерпел очередной удар по спине. Молча продолжал идти вперед. Перед глазами маячит спина Кодлака, за спиной хрипит Марутан. Игнат заметил, что прошли через распахнутые ворота. Под ногами пошла сочная зеленая трава. В пустом желудке громко квакнуло от голода, мелькнула мысль, что сейчас пожевал бы и ее, словно конь — не ели несколько дней, желудок липнет к ребрам. Во рту пересохло от жары, язык сделался шершавым, царапает нёба и щеки изнутри.

Всадник впереди и те, что вокруг остановились, некоторые спрыгнули с коней на землю. Игнат поднял голову, взгляд уперся в три обнесенных высоким частоколом двухъярусных избы. Каждая широкая, просторная. Из одной валят вкусные запахи готовящейся еды, там явно кухня. У Игната закружилась голова, желудок сжался от запахов мясной похлебки с луком, свежеиспеченого хлеба.

Он медленно повел взором по сторонам, узрел по всему двору множество деревянных штуковин, похожих на людей с растопыренными руками. Возле них мальчишки да девочки упражняются в бою на топорах. У специальных мишеней дети лет десяти — двенадцати метают копья, некоторые стреляют из луков.

У каждого ребенка и подростка в этом дворе на голове повязка из красной ткани с руной Соулу. Лица серьезные, сосредоточенные. Многие выглядят устало, но рядом ходят взрослые дружинники, прикрикивают, чтобы не расслаблялись, а закаляли силу воли и выносливость. На нескольких шестах во дворе на ветру реют красные флаги со вставшим на дыбы медведем и похожей на молнию руной.