Книга Разрушитель, страница 138 – Мария Токарева

Внезапно пространство исказилось, и тяжелые снаряды асурской артиллерии, прорвавшиеся из порталов, устремились к войскам Земли. Но на этот раз, в отличие от две тысячи одиннадцатого, у тех была защита: семарглы взметнули гигантские щиты. Раскатистый грохот потряс небо – снаряды разорвались о полупрозрачный переливающийся барьер. Похоже, настал день, заставивший забыть все старые противоречия.

— А вот и мы! – раздались звонкие голоса, и в небе открылся новый портал, из которого вышли шесть чародеев в старинных одеждах. Их возглавлял статный мужчина с огненно-золотой гривой волос – янтарный льор^[7].

«Ого! Это же чародеи Эйлиса!» – догадалась Агнесс, замечая, как эти воистину сильные маги, сравнимые по мощи с семарглами, принялись ловко управлять белыми линиями, свивая защитные поля для войск Земли и выжигая темных эльфов Бенаама.

Но даже они не могли переломить ход сражения: Разрушитель надвигался воплощенным концом света. Каждое его движение оставляло на ткани реальности заметные шрамы – трещины, из которых сочился багровый свет и слышался вой взрывающихся звезд. Возможно, он уже начал уничтожение Вселенной 2.0!

Ему навстречу, взмахивая гнилыми крыльями, рвался Лорд Нираш. На его спине все еще трепыхалось почти иссохшее тело Раата Шаатира, впавшего в забытье агонии. Нираш пожирал не плоть, а саму волю к жизни, оставляя после себя лишь отчаяние. Пространство вокруг него чернело и теряло краски. Вскоре даже лиловое солнце померкло.

И между двух этих чудовищ металась трагическая фигура Митрия. Его крылья трепетали, как паруса корабля в шторм, – то сияя ослепительной белизной, то чернея гуще ночи. Он бросался то на одного врага, то на другого, яростно, но одновременно безрезультатно. Он стремился когтями вырвать Раата из спины дракона, но черные щупальца отшвыривали его, осыпая липкой тьмой.

И сквозь этот хаос, словно луч разума в бреду, пробивался Белый Дракон. Он пытался спасти хоть что-то, хотя бы осколки миров, укрытые в черной дыре, Норе Змея Хаоса. Там, где тень Разрушителя пожирала небо, Дракон выдыхал поток сияющих частиц, латая дыру в реальности. На пути Нираша он возводил барьеры из застывшего света, которые трескались, но держались. Казалось, он был иммунной системой Вселенной, пытающейся подавить смертельный вирус. Совестью мироздания. Но Разрушитель отрицал всякую совесть, мораль, веру – все, он был отрицанием, воплощением кнопки «Delete» в уничтожении фрагментов кода Вселенной 2.0.

Одновременно гнев Лорда Нираша, пропитанный вековым отчаянием, с силой обрушивался на сияющий щит Хранителя. И от этого удара рождался дождь. Не водяной, а из стонущих призраков, извлеченных из Реки Отчаяния. Они падали, простирая полупрозрачные руки, но их жалобные вопли обрывались, едва они касались всепоглощающей пустоты, исходящей от Разрушителя. Тень пожирала сами страдания, энергию гаввах, растворяя их в своем вечном голоде, в абсолютной тишине небытия.

И в этот хаос, словно окровавленный гвоздь, хаотично вонзался Митрий. В ярости он разрывал сияющие линии – нити самой жизни, которые Белый Дракон с такой надеждой протягивал, чтобы залатать раны мира. И в эти свежие, кровоточащие бреши тут же устремлялась двойная зараза: гнилостное отчаяние Нираша и всепоглощающая пустота Разрушителя.