Книга Душа мира, страница 36 – Мария Токарева

Зеркало и правда прекратило беспорядочную трансляцию земных пейзажей, зато показало отчетливо картину самого Эйлиса. А затем изображение метнулось в башню, напоминавшую гигантский термитник.

— Это же Олугд Ларист! – воскликнул Раджед, но яростно зарычал: – И Нармо! Проклятый паук! Я думал, что навечно загнал его в башню.

— Да прям уж! Загонишь его!

— Можешь приглядеть за порталом, как в старые времена? А хотя… глядеть-то не за чем, – отозвался Раджед, накидывая поверх рубашки и жилета неизменный камзол. – Пожелай мне удачи! Друг!

И с этими словами льор доверительно протянул руку Сумеречному Эльфу, которую тот немедленно крепко пожал в знак примирения.

— Удачи! Друг! – сияя по-детски наивной и открытой радостью, отозвался Сумеречный Эльф, этот несносный Страж Вселенной. И Раджед понял, сколько боли причинил другу. Никакие надуманные обиды не стоили проклятых лет одиночества и озлобленности. Уж точно не перед лицом кончины мира. А пока мог безвременно погибнуть один молодой льор. Не союзник, но и не враг. И Раджед не раздумывал о том, почему должен помочь соседу. Он просто уверенно шагнул в открывшийся портал.

Лезвия Нармо вспарывали пространство, мир замедлялся, время таяло и удлинялось бесконечной пыткой. Олугд успел сто раз попрощаться с жизнью, но внезапно что-то отвратило неминуемую смерть!

Льор и не понял толком, что случилось. Только перекувырнулся вбок через левую руку, тут же охнув от боли. Кажется, без талисмана раны начали кровоточить с новой силой. Катана померкла, как и магия башни, словно кто-то вытянул всю энергию циркона.

— Решил нападать на слабых? – раздался яростный возглас. Алые мечи-когти схлестнулись с золотыми, разбрасывая снопы искр. Нармо отступил на несколько шагов, не успевая ответить что-то связное и наглое, только зашипел, как самый настоящий паук. Похоже, он не рассчитывал на прибытие подкрепления в лице равного по силе противника.

«Янтарный льор!» – поразился Олугд, помня о невольной вражде с Икцинтусами. Он даже протер затуманенные слабостью глаза, чтобы поверить в реальность появления нежданного спасителя. Что-то сместилось в мировом порядке, раз сам янтарный льор переступил через свою мстительную гордыню. Отец всегда предупреждал о дурном характере Раджеда, хотя давным-давно, в юности, льоры даже дружили.

Нармо же оставался прежним, а если что-то в нем и менялось, то явно не в лучшую сторону. Яшмовый льор не желал честно сражаться: лишь взмахнул пару раз мечами, посылая несколько арканов-ловушек, сотканных из пламени. Янтарный с невероятной легкостью перерубил их, точно речь шла не о хитроумной магии, а о тонкой веревке. И Раджед решительно перешел в наступление, обрушивая последовательные комбинации ударов и ловко уклоняясь от ответных атак. Но Нармо не сражался в полную силу, он намеренно отступал, сжимая в руке похищенное сокровище башни.

— Стой! – только рявкнул Раджед, но не успел к открывшемуся порталу, который больше напоминал воровской лаз. Нармо, разразившись довольным хохотом, скрылся на другой стороне, накрепко запечатав брешь. Видимо, сбежал в свою башню, как все трусливые тати.

— Иссякни твоя яшма! – выругался янтарный льор, но немедленно поспешил к Олугду. Циркониевый чародей кое-как поднялся на ноги, опираясь на меч. Вес оружия показался непомерной тяжестью в непривычно ослабших руках. Олугду чудилось, словно из него с корнем выдрали какую-то неотъемлемую часть тела, ампутировали конечность.