Книга Игра Льора, страница 42 – Мария Токарева

— Литои Эльф!

Паузы между словами казались вернее, чем пустые разговоры.

— С чего ж так официально? – принужденно хохотнул Сумеречный Эльф.

— С того… Этот твой припадок не был ли частью игры в пользу моей своенравной гостьи? – обернулся Раджед, буравя взглядом вновь вернувшегося собеседника, наблюдателя, плута. Кого же, в конце концов?

Много минуло событий, но ширма загадочности не распадалась, скрывая истинный смысл нахождения в Эйлисе странного существа. Тринадцатый Проклятый, неудавшийся страж Вселенной, сумасшедший с огромной силой – общие слова, которые едва ли помогли Раджеду предугадать следующий шаг противоречивого товарища. Но Сумеречный Эльф каждый раз зачем-то приходил.

В юности льор называл это дружбой, когда нашел способ борьбы с одиночеством. Но с годами все чаще ощущал хлад невысказанной тайны, что обязывала Сумеречного Эльфа раз от раза наведываться в медленно скрывавшуюся под панцирем пустой породы янтарную башню.

Ныне он то исчезал, с обидой улетучиваясь через стены, то вновь оттуда же возникал, обнаруживаясь в самых неожиданных местах, как своевольный избалованный кот. Он каждый раз ловко разыгрывал Раджеда. Давным-давно он вызывал такими выходками искренний смех. Но вот уже много лет льор по-настоящему не смеялся, лишь отрывисто насмехался, все меньше доверяя другу. Давило сознание превосходства. Если мощь других льоров он разбирал по известным шкалам, раскладывал по способностям, то силу Стража Вселенной он практически никогда не видел в действии. Только эти страшные проявления тьмы. Но созидающую сторону – ни разу.

— Не все в этой жизни фарсом измеряется, даже если я вечный грустный клоун, – пожал плечами Сумеречный Эльф, устало опускаясь на скамью с витыми ножками, подле которой цвели пышные розы без аромата.

— И как мне поверить, что это была не игра?

— Ты и сам ощутил, сколько энергии я невольно выпил… не эльф, а вампир… Хотя я и сам не помню, кто я.

Сумеречный Эльф вздохнул, покачав головой. Что-то сжалось под сердцем у Раджеда, а может, снова почудилось, как в тот миг, когда он жадно приникнул к ладоням Софии. Раджед отвернулся от друга, чтобы скрыть странный трепет. Лишь слегка погодя вспомнил, что от Стража Вселенной ничего не утаить.

— Ладно. Это я позволил ей сбежать, – отмахнулся Раджед. – Пусть поймет, что из этого мира нет иного выхода. Никто не придет ей на помощь.

Разговор казался болезненным спором с собой, будто застрял в паутине своей лжи. В давние времена он не знал, для чего носить маски. Но желание отомстить за отца заставило ожесточиться. Раджед помнил тот странный день, когда впервые пролил кровь.

Он уничтожил одного из клана Геолиртов, чародеев кровавой яшмы. Тогда их было больше, четыреста лет назад. Тогда их всех оставалось намного больше. Рассказывали, что когда-то льором делался любой, кто слышал песнь камней. Но вскоре легенды изменили под сословное деление.

Простой народ с тех пор назвали «ячед», что означало на старом наречии «глухонемые». А льорами – тех, кто слышал камни, питался магией и говорил с ней.

Когда-то в Эйлисе жило множество кланов с огромной силой, но вот осталось только семь магов. Всего семь башен, семь камней, семь тусклых жизней. Кто-то начал ту войну… Не род Геолиртов, не род Икцинтусов, их лишь подхватил вихрь. И через четыреста лет остались одни руины и огромные просторы захваченных территорий. Но чем владеть, когда иссякло все? Куда плыть, когда и океан постепенно иссыхал?