Книга Сны Эйлиса, страница 339 – Мария Токарева

Апатия и нежелание двигаться сковывали укусами змей с парализующим ядом. Проиграли… Они проиграли без решительного сражения. Никто не успел чудом явиться на помощь. Исчерпали они лимит чудес. Сарнибу защитил свой льорат, исцелил Илэни, у Олугда вернулась к жизни Юмги. Что ж, а Земля останется очередной необитаемой планетой… Может, в Эйлисе в малахитовом льорате кто-то расселится, обживутся на клочке суши, будут рассказывать, что когда-то целый мир населяли люди. После столкновения с Хаосом речь шла о выживании человеческого вида. А они так, букашки… Стоп! Раджед неприятно поразился собственным мыслям, чужим и крайне безнадежным, словно его сразил недуг.

— София… Камни! Талисманы! Он забрал их… О! О-о-о! — Раджед не выдержал и стиснул виски, наконец, поняв, в чем дело. Хотя он утверждал, что для работы с линиями мира не нужны ни камни, ни трости, ни амулеты, но неожиданно расставание с фамильным артефактом отзывалось во всем теле фантомной болью, словно отрезали руку или ногу. Казалось, без талисмана даже движения потеряли прежнюю грацию. Или всему виной постылая темнота?

— Надо двигаться дальше! — умоляла теперь уже София.

— Куда?! И как? Лабиринт в темноте! Я уверен, что здесь уцелели не только тараканы… — сокрушался Раджед.

— Ощупывай стены! — приказала внезапно София, с силой ткнув Раджеда в бок. Это его отрезвило, заставив вернуть себе ясность мыслей. Нет, чародей без магии уже не чародей, но ведь воин и в темноте оставался воином, он не имел права раскисать.

— Иначе Нармо разрушит Землю… — дрогнул голос Софии. — Он сошел с ума.

— Как бешеная псина, — подтвердил решительно Раджед, с опаской дотрагиваясь до склизкой стены. Нашлось бы что запоминать в этом покрытом мхом и лишайниками местечке. В ладонь впилась какая-то веточка, может, короста — тоже ориентир. Крошечный маячок в этом безбрежном море неопределенности. Слишком жутко и слишком похоже на жизнь, ведь так ли определен каждый следующий шаг в недалекое будущее? Короткое передвижение, сулящее то ли надежную каменную плиту, то ли подлую ловушку, то ли пропасть. И все-таки они шли!

— Я ничего не вижу… Камни не действуют!

— Надо идти. Неужели сила только в камнях? Сила в тебе самом, в твоем сердце. Надо выбираться.

— Здесь повсюду ловушки!

— Я знаю, я знаю. Но мы пройдем их, вместе.

Раджед и София, держась за руки, ощупывали стены, опасаясь задеть тайные рычаги. Нармо наверняка уже добрался до разоренной янтарной башни. Что происходило вокруг нее — неведомо. Может, уже лежали трупами все друзья, и Земля горела в адском пламени? Такие картины приходилось старательно изгонять из сознания, чтобы не сломаться, не остановиться.

«Эльф, вся надежда на тебя, мы должны выбраться, задержи Нармо возле портала», — взывал Раджед, но отчего-то чувствовал, что его жаркие послания не доходят до адресата. Вакуум и хаос правили бал.

* * *

Эльф медленно передвигался среди развалин янтарной башни. Твердыня вздрагивала обвалами на разных уровнях, однако еще держалась. Вековые гигантские камни, глыбы, лежали выброшенными на берег китами, тлея, точно дерево. От внутреннего убранства и подавно мало что оставалось, лишь портреты отца и матери Раджеда висели нетронутыми на обугленной стене в одном из залов. Их берегла незримая магия, чуждая духу разрушения, который не пощадил ничего. Нармо громил ради разгрома. Это болезненно напоминало о собственных периодах тьмы и помутненного сознания.