Книга Сумрачный лес, страница 164 – Каролина Роннефельдт

Тоби дважды гавкнул, а потом отпрыгнул куда-то в сторону. Квендели смотрели ему вслед или, по крайней мере, туда, где, по их мнению, он мог быть, а затем им показалось, что на узкую полоску света на мгновение упала тень.

— За ним! – крикнул Звентибольд и, обойдя остальных, бросился в ту сторону, куда скрылась собака.

Споткнувшись, он упал, выругался и тут же снова вскочил на ноги.

— Елки-поганки, здесь начинается резкий подъем! Сразу за ним – другой проход и, кажется, на этот раз очень узкий, – крикнул он остальным. – Слева, справа и сверху я не чувствую ничего, кроме земли и корней, а внизу лежат камни, целая груда, как будто здесь когда-то была стена, которая рухнула. И все же Тоби явно прошел тут. Я отчетливо слышу, как он перебирает лапами и пыхтит впереди. Идите за мной, здесь безопасно.

Не дожидаясь остальных, он принялся подниматься по осыпи.

— Если этот проход образовался после обрушения, то нам очень повезло, и своим спасением мы во многом обязаны нашим четвероногим друзьям, – заметил старик Пфиффер, прежде чем поспешить за скрывшимся в проходе Биттерлингом. Было слышно, как тот аккуратно карабкается впереди, совсем недалеко от Одилия.

— Это совсем не похоже на то, что рассказывал Эппелин. Ничего не понимаю, – расстроенно вздохнул Карлман.

— Не бери в голову, парень, – сказал старик, помогая ему протиснуться к входу в узкий коридор, – так или иначе мы найдем отсюда выход.

— Да хоть ползком, – вздохнула Гортензия и полезла за Карлманом.

Как раз в ту минуту, когда Одилий собрался двинуться следом за ними, впереди снова послышался голос Биттерлинга:

— Тут из стены торчит громадный корень, наверное, дуба. Прочный, как ножка стула. Пес и кот здесь проскользнули, но мы-то с вами будем покрупнее. Я пытаюсь его расшатать – пока не получается… Эй, коренище, уступи дорогу!

Послышались стоны и вздохи квенделя, борющегося с препятствием.

— Зато становится светлее! Я отчетливо вижу и проклятый корень, и стены этого кротового хода с камнями повсюду, и даже следы Тоби на мягкой земле. Свет, должно быть, проникает совсем недалеко отсюда, это точно… Погодите, у меня получается! Если я смогу оторвать этот корень от земли, в которую он врос, то пройду.

Гортензия и Карлман остановились. Застрять в узком туннеле никому не показалось бы приятным, но приходилось терпеть – они надеялись, что Биттерлинг скоро разделается с корнем. Предложение Карлмана о помощи он решительно отверг: там и так было слишком тесно.

Старик Пфиффер остался один в полной тишине, слушая, как бьется сердце. Ему отчего-то расхотелось ползти за остальными. «Наверное, просто устал, – сказал он себе. – Ты уже не юный атлет, старина. Передохни немного, а потом пойдем дальше».

И все же он не делал никаких попыток сдвинуться с места. Наоборот, его охватило странное уныние, хотя до выхода на поверхность оставалось совсем немного. За спиной у него простиралась темная пещера, размеры и внешний вид которой оставались для всех загадкой. Даже если в нескольких шагах от них была пропасть, или очередные могилы, или продолжение туннеля, который они покинули, – без факелов и фонарей ничего нельзя было разглядеть. Им повезло, что Тоби и слабый отблеск света привели их к нужному выходу.

«Надеюсь, нам это не показалось и никто не заманил нас в ловушку», – мрачно подумал Одилий, мысленно призывая Биттерлинга поторопиться.