Книга Дыхание. Новый мир, страница 41 – Габриэль Коста

Меладея с вызовом посмотрела на Лею, которая заранее всё знала. Навигатор подняла руки и пожала плечами, нервно улыбаясь.

— Прости, это был их сюрприз, и я не хотела вмешиваться в ваши дела. – Она сделала пару шагов назад. – Они здесь, чтобы попрощаться, Меладея. Не трать время на гнев.

— И не собиралась. – Она закатила глаза. – Я вообще-то хотела извиниться, но храбрости у меня, конечно, на это не хватало до этого. Может, сейчас, перед самым роковым моментом прощания, я выдавлю из себя эти жалкие несколько слов.

— Не нужно, мама. – Ледая перестала скалиться и подошла к ней. – Я знаю, что ты думаешь: я виню тебя, ненавижу и проклинаю каждую секунду. Возможно, ты даже сравнивала себя с дядей. – От её слов глаза Меладеи распахнулись. – О, я угадала. Ведь я тоже фактически умерла от твоих рук. Но это не так. Абсолютно. Я умерла, защищая брата, который стал Королём Оборотней, я защищала то, что считала самым дорогим. И будь кто угодно на этом месте, я бы не отступилась. Ты просто в очередной раз сделала меня и их… героями.

Ледая подошла к Меладее и без промедления обняла. Крепко, как могла только она. Предательские слёзы побежали из глаз её мамы. Она действительно много дней корила и проклинала себя за глупость, за неосмотрительность. Столько лун прошло, а Меладея так и не научилась смирению. И, о чудо, это показал её сын. Редлай стал лучшим примером им всем.

— И всё же прости меня за всё. За необдуманный поступок под эмоциями. Несмотря на твои слова, мне нет оправданий. Я поклялась защищать вас. И сама же предала своё слово. – Она отстранилась и посмотрела Ледае прямо в горящие глаза. – Ну вот я и сказала это, моя дорогая.

— Это не так сложно… по крайней мере, так говорят. Я сама не мастер извиняться, – Ледая усмехнулась. – Я благодарна тебе. Давай же всё-таки вспомним, ради чего появились на свет, и спасём этот проклятый Виарум или новый мир… Хватит Редлаю всё тащить на своём горбе. Он всё же был лесной гончей, а не четырёхгорбым верблюдом.

— А теперь стал Королём Оборотней, – взял слово Грисдис. – Милая, мне потребовалось несколько десятков часов, чтобы осознать всё… произошедшее. Ты была сильна на Великой войне, а сейчас пугаешь и меня. Прости, что оставил тебя тогда и пришёл прощаться в своём разуме сейчас. Видимо, наша судьба – тянуться друг к другу во время войны.

— Заткнись и обними меня уже, – скомандовала по привычке она.

И если с Ледаей она ещё пыталась сдержать свои слёзы, хоть и безуспешно, то, когда её обнял Грисдис, заплакала навзрыд. Она каждый раз проливала их, стоило ей посмотреть на него на Пятом материке. Хоть он и не лежал, как Саяра, без сознания, мало был похож на старую версию себя. Сейчас же она наконец-то разглядела, а главное, почувствовала его настоящего. Он, как и тысячу лун назад, крепко обнял её, отгородив от всего мира. Меладея вновь могла почувствовать себя не сильнейшим стражем и Королевой Оборотней, а человеком со своими страхами и слабостями. И пусть у мира остались считаные дни, Гилем подарил ей в последний раз объятия существа, которого она любила. И никогда не переставала.

— Я так счастлив снова любить тебя. Непривычно не ощущать в себе силы дракона. Но Гилем открыл во мне новые способности, и ими… я желаю снова встать на защиту Виарума. Он правильно говорил о драконах: мы – вечные защитники земли семи материков, – он потрепал Меладею по голове и отошёл. – И каждую секунду пламенной битвы я буду думать о тебе и фактически… – он посмотрел на Ледаю, – наших детях.