Книга Путешествие цветка. Книга 2, страница 154 – Го Го

Зверь беспощадно повалил нескольких оборотней и с легкостью разорвал их пополам.

Обернувшись, Хуань Сян ударил по чудищу мечом, но не причинил ему ни малейшего вреда. Издав грозный рык, зверь наступил на него и вмиг превратил в кровавое месиво.

Толпа в страхе разбежалась в стороны, бросив Хуа Цяньгу на землю. Зверь-ворчун не стал их преследовать, подошел к девушке и, склонив голову, начал обнюхивать, чуть касаясь носом ее лица.

Цяньгу чувствовала лишь, как голова ее раскалывается от боли. Протянув руку, она ухватилась за шерсть на шее зверя и через силу улыбнулась.

«К счастью, ты пришел вовремя».

Зверь-ворчун огромным языком, мокрым и горячим, стал лизать ее лицо. Девушка немного пришла в себя и с трудом поползла по земле, пытаясь что-то нащупать рукой.

«Колокольчик, мой колокольчик».

Зверь-ворчун достал трофей у Хуань Сяна и, принеся в зубах, положил его в руку Цяньгу. Та дрожащей рукой крепко прижала колокольчик к щеке, словно Бай Цзыхуа все еще был рядом.

«Ворчун, ты снова кого-то убил? Можно было просто отпугнуть их. В будущем больше не надо никого убивать. Они ведь тоже просто хотят жить».

Пусть девушка не могла говорить, но зверь-ворчун обладал душой и чувствовал чужие мысли.

С тех пор как Хуа Цяньгу попала в Дикие земли, она раз за разом оказывалась в опасности и, не будь рядом зверя-ворчуна, постоянно присматривавшего за ней, давно умерла бы уже тысячи раз.

Девушка никогда не винила тех людей, которые вечно хотели съесть ее. Все, кто здесь оказался, брошены миром, и она тоже. Нет тех, чья судьба более несчастна, чем у остальных.

«Ворчун, когда ты вернулся и не нашел меня, то, наверно, сильно испугался? Нашел что-нибудь поесть? Давай вернемся».

Вопреки своей привычно благородной и утонченной манере поведения, зверь-ворчун с почтением пал ниц у ее ног. Хуа Цяньгу ничего не видела, не знала, как он выглядит, и не замечала покорности в его глазах.

Оказавшись в Диких землях, девушка попала в зловонную трясину, несколько дней провалялась в лихорадке, но, на удивление, не умерла. Цяньгу не знала, когда зверь-ворчун появился рядом с ней, и не понимала, почему он хочет ее спасти и так о ней заботится. Однако, если бы его не было рядом, она давно бы уже погибла.

Хуа Цяньгу с трудом перевернулась на бок и, ухватившись за белоснежную шерсть зверя, взобралась на него. Основываясь на прочитанном в книге и судя по ощущениям, она представляла зверя-ворчуна довольно кругленьким, питавшимся чем попало поросенком, в мгновение ярости превращавшимся в грозного лиса.

Девушка сильно закашлялась. В лохмотьях, которые она натянула на тело, ей по-прежнему было очень холодно. Крепко прильнув к зверю, она согревалась его теплом.

Тот помчался вперед. В полудреме Цяньгу казалось, что она вновь легко парит в воздухе на мече.

Только вот девушка не понимала, было ли сном то, что она переживает сейчас, или все, что происходило в прошлом. Она не могла нормально ходить, поэтому всегда нуждалась в помощи зверя-ворчуна, который заботился о ней и добывал еду. Цяньгу ничего не видела и говорить не могла. Калека, попавшая в преисподнюю, без тени надежды и без будущего. Иногда она, правда, не понимала, ради чего, оказавшись в столь плачевном состоянии, до сих пор изо всех сил цепляется за жизнь.