Книга Тайрус Баал. Одаренный. Книга 6, страница 49 – Дмитрий Дроздов

— К нам приближаются вражеские мины, — сообщил один из операторов, — идут прямо по вектору нашего движения.

— Заградительный огонь! Распределить цели! Активировать подавители связи, включить глушилки! — приказал я и сразу же добавил, — всем флотилиям продолжать движение!

Навстречу нашей армаде летело больше пятисот тысяч примитивных мин с самонаведением. По сути, этим минам можно было лишь задать вектор движения и ничего более. А сами мины сближались со стальными объектами или же летели на тепловые излучения. Все было достаточно просто и примитивно. Но несмотря на свою простоту, они были опасны и от них нужно было избавиться.

Заградительный огонь был достаточно эффективен, но десяток наших кораблей все же пострадали, пусть и не очень серьезно. Пришлось отвести их в четвертый эшелон, но сама армада даже не замедлилась от этого. Приблизившись к планете Стера-11, я отправил к ней две эскадры боевых кораблей. Сама планета была непригодна для жизни, но на ее поверхности все же было несколько купольных городов в которых жили разумные. Они занимались глубоким бурением и добычей драгоценных кристаллов. Что до орбиты, то там была всего одна станция, пусть и крупная. Кельты решили бросить эту планету, так что для захвата двух эскадр было более чем достаточно.

А вот на орбите Стера-10 нас ждал полноценный флот, справиться с которым будет весьма непросто из-за большого количества ракетоносных эсминцев. Все это мы знали заранее и подготовились, проведя больше двенадцати часов за планированием предстоящей операции. Так что к планете полетел очередной Гранд-Полковник со своим флотом, а армада продолжила двигаться в самое сердце системы.

Только спустя девять часов мы вышли к орбите планеты Стера-3, вокруг которой вращалось сразу восемь спутников, каждый из которых был превращен в огромный завод или крепость. А один и вовсе являлся аграрным миром, который кормил всю систему. Сама Стера-3 тоже была пригодным для жизни миром, но назвать планету плодородной было сложно. Только вдоль экватора была плодородная почва, на которой рабы кельтов что-то выращивали.

— Противник атакует ракетами! — доложил один из операторов, когда наша поредевшая армада сблизилась достаточно, чтобы можно было начать стрелять.

— Всем кораблям, — я вышел на общую частоту флотилий, которые находились сейчас со мной, — открыть заградительный огонь. Перехватчикам встать на боевое дежурство, остальной малой авиации приготовиться. Корветам и эсминцам занять позиции в первом и втором эшелоне!

Первый залп вражеских ракет мы практически полностью перехватили. А те немногие ракеты, что все же сумели прорваться, не нанесли нам серьезных повреждений. Но мы продолжали двигаться вперед, все больше и больше сближаясь с позициями кельтов. Ящеры продолжали стрелять, не жалея своего боеприпаса. Мы тоже открыли ответный огонь и он был гораздо эффективнее, поскольку создаваемые глушилками помехи никак нам не мешали, а вот противник страдал от отсутствия связи и прочих помех.

Мало кто может себе представить, как тяжело сражаться, не имея никакой связи с союзниками. Мало того, что кельты не могли связаться с кем-то за пределами системы, они даже в самой системе не могли общаться. По сути, каждый командир корабля действовал на свое усмотрение и далеко не факт, что действовал правильно. Я прекрасно понимаю, что у них были какие-то планы противодействия и сейчас они пытаются их реализовать, но это практически невозможно, учитывая все обстоятельства.