Книга Бесконечная песнь, страница 97 – Джули Кагава

— Прости, Элли, – сказал он. Поднял голову и прижался своим лбом к моему. Говорил Зик тихо, но твердо: – Прости меня, пожалуйста. Я был так поглощен всеми этими вампирскими проблемами, что не видел тебя. Если бы я только тебя послушал – ведь ты говорила именно то, что мне нужно было услышать. – Он наморщил лоб в гримасе то ли стыда, то ли отвращения. – Это… довольно паршиво, когда кровожадному самовлюбленному вампиру приходится ставить тебя на место. Думаю, так мне и надо. Хоть на что-то Шакал сгодился. – Он невесело хохотнул и покачал головой. – Я был слеп, но теперь начинаю прозревать. Я больше не буду вам обузой.

— Ты никогда не был обузой, – заверила я его. – Ты просто… растерялся на какое-то время. Со всеми нами такое случалось.

Зик на мгновение зажмурился, его плечи дрогнули.

— Мне страшно, – прошептал он. – Я ужасно боюсь, что не смогу сопротивляться, что превращусь в демона и навсегда потеряю свою душу, если еще не потерял. Единственная причина, по которой я еще здесь, единственное, что не дает мне отправиться на встречу с солнцем и со всем покончить… это ты.

— Зик…

Он взял мои руки в свои, пристально посмотрел в глаза.

— Я этого не хотел, – сказал Зик. – Всю жизнь меня учили, что вампиры – злобные бездушные твари, и я этому верил, пока не встретил тебя. Ты показала мне, что я ошибаюсь, что вампирам не обязательно быть чудовищами, и даже заставила меня поверить в то, что и у них может быть душа. Я знаю: у тебя душа есть. Мы через столько прошли вместе, но ты сохранила ее.

Я прикусила губу – горячие жгучие слезы снова подступили к глазам. Вот так, Зик верил, что я больше чем чудовище, пусть даже не верил, что сам он – тоже. Не отрывая от меня взгляда, Зик поднял руку к моей щеке, мягко провел большим пальцем по моей коже.

— Я больше не тот человек, что прежде, Элли, – негромко сказал он. – Я… уже даже не человек. Я пытался тебя убить. Я умертвил десятки людей, я отпрыск безумного вампира, желающего уничтожить мир. Единственное, что не изменилось, единственное, в чем я уверен, – это мои чувства к тебе. Но… изменился я. – Он медленно отодвинулся, словно желая дать мне получше себя разглядеть. – Я умер, Эллисон, – произнес он тихо и твердо. – Какую-то часть меня Саррен уничтожил на том столе. Я буду изо всех сил бороться за свою человечность, но я знаю, что однажды сорвусь и поддамся чудовищу. И когда это случится, я надолго возненавижу себя. – Он стиснул зубы, глаза его потемнели. Зик собрался с духом и произнес: – Скажи мне правду, девочка-вампир. Ты останешься со мной – после всего, что случилось? Несмотря на то что я чудовище и никогда не стану прежним?

Я не стала раздумывать. Я уже знала ответ. Зик был вампиром. Ему предстояла битва с Голодом, яростью и жаждой крови – битва, которую Зик-человек не мог даже вообразить. Но, еще будучи человеком, он полюбил чудовище, и теперь была моя очередь ему довериться. Найти в демоне и монстре человека.

Подавшись вперед, я обвила руками его шею, притянула его к себе и прижалась губами к его губам.

Зик вздохнул – и, похоже, расслабился, отпустил страх и сомнения. Полностью сдался. Его руки, мягкие, но сильные, обхватили меня, его губы двигались вместе с моими губами, целуя меня в ответ. Не было горячности, не было спешки, мы впитывали друг друга, изо всех сил старались достигнуть наибольшей близости – нежно, вдумчиво и печально. Это было обещание без слов.